01122020Популярное:

«Я эпидемиолог, всю жизнь этим занимаюсь и не могу понять происходящего!»

Oб адекватности антиковидных мер рассказывает замдиректора по науке НИИ вакцин и сывороток им. Мечникова Николай Филатов:

— По поводу всей этой пандемии я вот что скажу. Сегодня 20 тысяч выявленных условных больных на всю великую Россию, и мы надеваем маски, уходим на «удаленку», столбики рисуем, а когда появился новый вирус гриппа H1N1 «Гонконг», максимальная пиковая заболеваемость только в Москве была 102 тысячи обратившихся за медицинской помощью в сутки! Это невыявленных, а у кого вирус был.

Тогда не искали, у кого он имелся. Это были больные, которые сами обращались за медицинской помощью. У них присутствовала высокая температура, интоксикация, головная и мышечная боль, слабость и другие симптомы гриппа. Конечно, кто-то и погибал.

А теперь скажите, 102 тысячи на Москву в сутки и 20 тысяч на всю Россию — сопоставимые цифры и адекватное ситуации освещение проблемы?! В осенний период всегда был и будет наблюдаться подъем заболеваемости острыми респираторными вирусными инфекциями, к которым относится и ковид. Я эпидемиолог по профессии, всю жизнь этим занимаюсь и не могу понять происходящего. В прошлом году заболеваемость респираторными инфекциями была выше, чем в этом, но о пандемии никто не говорил.

— Тем не менее с конца сентября в России наблюдается резкий рост выявленных случаев коронавирусной инфекции, максимум с начала мая. Это что, так называемая вторая волна пандемии или просто сезонный всплеск ОРВИ набирает обороты, а сюда же «валят» и коронавирус?

— Все инфекции носят сезонный характер. Летом это в основном кишечные бактериальные инфекции, осенью и зимой инфекции вирусной природы в большей степени человека одолевают. Сентябрь – октябрь — это всегда период формирования коллектива. Летом люди разъезжаются в отпуска — на курорты, в деревни, в горы и так далее, а в сентябре – октябре все собираются на работе, в учебных и дошкольных заведениях и начинают всеми набранными в разных местах вирусами обмениваться.

Если в каком-то коллективе восприимчивость будет достаточно высокой к какому-то конкретному возбудителю, то там возникнет очажок, вспышечка небольшая, люди заболеют. Если это, скажем, будет аденовирус, то у кого-то появится конъюнктивит, у кого-то — кашель, у кого-то — сопли и так далее. Каждый вирус, попадая в новую среду, ведет себя по-разному. Если эта среда будет для него благоприятной, то он станет набирать вирулентность, то есть агрессивность.

А у нас что получается? За период, скажем, с 26 апреля по 5 октября летальность была где-то 0,92 и постоянно нарастала. С 24 по 27 сентября включительно она выросла до 1,77, но на 5 октября составила 1,75, то есть упала. Вот эта цифра, 1,75, говорит о том, что вирус потерял свою вирулентность.

Сейчас идет формирование эпидемического штамма. Все возбудители, и гриппозные, и парагриппозные, и аденовирусные, и любые другие, сегодня циркулируют и выбирают лидера, если хотите. Это биологический отбор самого агрессивного вируса, который приведет к эпидемии. Это может быть грипп, а совершенно не коронавирус. Но то, что начала снижаться доля умерших от заболевших, от подобного никуда не уйдешь, оно показывает, насколько агрессивна среда. Популяция наша за три месяца никак не изменялась: доля стариков не увеличилась за это время, не выросла доля диабетиков, ожиревших, то есть тех, у кого риск погибнуть от данной инфекции выше. Вот и вся картина.

— Но врачи утверждают, что вирус в ходе первой волны и «отскока» после нее мутировал и сейчас он уже большей частью не тот, что был сначала. Мало того, ученые говорят, что он стал сложнее, может маскироваться под 10 разных других видов и иммунной системе его очень трудно распознать. Некоторые утверждают, что он опаснее гриппа и даже ВИЧ. Что вы об этом думаете?

— Это чушь собачья, с ВИЧ сравнивать. Давайте еще с атомной бомбой сравним. Я не знаю, откуда идут эти информационные вбросы и размышлизмы, но с научной точки зрения подобное ересь. Любые вирусы, как и люди, гетерогенны. Наши дети не абсолютная копия нас. Они похожи на нас, у них те же фамилии, но они не наши копии. И вирус, каждый раз попадая в клетку, выходит из нее уже другим. Их много, и они все разные. Это полчища вирусов, которые начинают из клеток выделяться, и данные полчища, образно выражаясь, могут быть более добрыми либо более злыми.

Подобное определяется тем, в каком организме данный вирус размножался. Если он в здоровом организме с хорошей иммунной системой, то в нем он потеряет свою вирулентность. Из такой среды вирусы будут выделяться более слабыми, не всегда даже вызывающими заболевание. Из-за этого наше сосуществование с данными микроорганизмами в мире длится до сих пор. В противном случае либо те, либо другие уже давно исчезли бы.

— Когда у нас будет пик роста заболеваемости, когда выйдем на плато, как сейчас говорят, и ситуация пойдет на спад?

— Плато практически никогда не бывает. Наблюдается подъем, пик, а потом резкий спад. А такого классического плато в эпидемиологии не бывает, потому что вначале увеличивается количество источников, интенсивность эпидемических процессов, все это поднимается вверх, а потом возбудитель теряет вирулентность, и, даже попадая в восприимчивый организм, он уже не способен вызвать у него болезнь. И все. Он постоянно меняется, теряет свою вирулентность, и первым признаком этого изменения является снижение летальности.

— Мы тоже опять придем к тотальным закрытиям и жестким карантинным мерам?

— Я вам честно скажу, оснований для этого нет. А на практике… Ну что, выйдет указ — значит, придем, не будет — не придем. Я вам приводил сравнительные цифры с гриппом, несравнимые с нынешними показателями по COVID-19, но тогда ведь никто этого ничего не делал. Не знаю, может быть, люди были поумнее.

— И еще один важный момент. Последние сведения говорят о том, что человек может повторно заразиться COVID-19, есть уже задокументированные медиками случаи. Существует несколько гипотез, почему это возможно. Одна говорит, что человек в первый раз мог слишком легко перенести болезнь, она, фигурально выражаясь, прошла по верхам — у человека была индивидуальная толерантность к вирусу и т. п. По крайней мере, нужный иммунитет в организме не сформировался. Если это так, то кто даст гарантию, что та же прививка сформирует иммунитет?

— В свое время, не так давно, заявлялось о том, что в некоторых городах России, в том числе в Москве, 20 процентов иммунных людей, то есть тех, у кого уже есть антитела. Это означает, что, независимо от того, болел человек или нет, но его организм с данным вирусом встречался и выработал к нему иммунный ответ, антитела. Какие были результаты встречи, болел человек или нет, таких данных нет. В той же Москве за весь период заражения выявлены чуть больше 37 тысяч человек. Но 20 процентов от 14 миллионов — это более 2 миллионов человек. Где они? Надо со всем этим разбираться, чем человек заболел в первый раз и чем повторно.

— То есть мы не можем говорить о том, что если человек переболел или его вакцинировали, у него выработался стойкий иммунитет и он, например, теперь может спокойно находиться в палате с ковидными больными и не заразится?

— Нет, конечно. Вроде бы есть ответ по «Спутнику», что у тех, кого им прививали, есть хороший иммунный ответ, но абсолютной вакцины нет, чтобы сказать, что вот всем сделали и все на 100 процентов защищены.

— Сейчас опять поднимается тема о том, что в связи с ужесточением ограничительных мер людям, которым назначены плановые операции или другие консультации и лечение, в больницу лучше не ходить и отложить это до лучших времен. В результате растет смертность от других болезней, с COVID-19 никак не связанных.

— Я скажу одно: бояться не надо. Ни один главный врач больницы или завотделением никогда не даст согласия на операцию, скажем, по замене тазобедренного сустава, если у него есть ковидные больные. На 300 процентов это исключено. Он что, убийца, что ли? Он же несет ответственность. В лечебных учреждениях, которые отданы под ковидных больных, ничего другого нет. Они перепрофилируются под инфекционные, и никто другой туда не попадает. То, что рядом с операционной, где вырезают аппендицит, будут находиться больные COVID-19, — это чушь.

Николай Филатов — автор более 300 научных трудов, среди которых монографии, вузовские учебники, учебно-методические пособия.

Дважды лауреат премии правительства Российской Федерации.

Привет . Добавляй в друзья )

Источник: АКТУАЛЬНАЯ ИНФОРМАЦИЯ

comments powered by HyperComments

Ещё по теме