23042019Популярное:

ЦЕНЫ ВМЕСТО ЦЕННОСТЕЙ. Статья Якунина

В "Эксперте" вышла статья Владимира Якунина под названием "Цены вместо ценностей". Знаю, что эту статью отказался печатать журнал "Россия в глобальной политике" (истинному демократу Фёдору Лукьянову большой привет) и это неудивительно. По большому счёту, Якунин — первый человек столь высокого государственного статуса, кто осмелился сказать вещи, давно известные многим думающих людям, но табуированные на самом высоком уровне. Думаю, это действительно знаковая публикация.

***

Настоящая статья — продолжение публикации (см.«“Диалог цивилизаций” во времена глобальных трансформаций», «Независимая газета» от 28.12.2011 г.), вызвавшей значительный резонанс и множество комментариев. В той статье я остановился на ряде аспектов, вызывающих озабоченность по поводу устойчивости современного цивилизационного устройства мира в условиях расширяющегося хаоса и роста конфликтности (идеологической, политической, экономической и социальной).

Прежде всего это практически повсеместное обострение чувства несправедливости, сопровождающее увеличение диспропорций мирового развития и никак не способствующее позитивным глобальным трансформациям. Вместе с тем в статье подчеркивалось, что происходящие миросистемные трансформации не случайные явления, они свидетельствуют о необходимости серьезных изменений в основаниях взаимоотношений между субъектами как на уровне цивилизаций и государств, так и на личностном уровне.

Продолжая свои размышления, я постараюсь проиллюстрировать их итогами исследовательских проектов, осуществленных в последние годы под эгидой и при поддержке мирового общественного форума (МОФ) «Диалог цивилизаций».

ГЛОБАЛЬНАЯ ФИНАНСОВАЯ ОЛИГАРХИЯ
Кризис вновь остро поставил вопрос о взаимоотношениях государства и общества, о качестве и пределах государственного управления, о справедливости и предсказуемости будущего.

Сторонники неолиберального подхода, по сути, заявляют, что современное развитое государство должно быть ограничено в наборе функций, традиционно присущих историческому государству, поскольку, говорят они, гражданское общество с его многочисленными общественными союзами и организациями саморегулирования, развитой демократией и свободой личности не нуждается в архаичной государственной опеке.

Сторонники же сильной государственной власти, ссылаясь на тысячелетний управленческий опыт, вполне резонно указывают, что резкое сужение функционала государственного управления в отсутствие развитых демократических институтов ведет к росту социальных и экономических дисбалансов и способно привести к самым крайним проявлениям нестабильности.

Представляется, что фетишизация государства как управленческой системы, которая стремится упорядочивать и контролировать все сферы жизни общества вплоть до мельчайших деталей, так же далека от реальности, как и неолиберальный постулат о недопустимости вмешательства государства в процессы экономического и социального планирования и развития.

Более того, поддержание порядка как органичная функция государственной власти является неотчуждаемым фактором общественного управления и никуда не исчезает в новых условиях, порой становясь прерогативой, а скорее, даже орудием вызревающего «глобального государства».

Это «государство» позволяет себе не церемониться ни по поводу вмешательства или невмешательства, ни по поводу присвоенного права уничтожать ставшие ненужными национальные государства или национальные институты государственной власти.

Разница в подходах состоит в том, что апологеты современного либерализма в течение десятилетий намеренно внедряли в сознание общественных масс стандарты явно ограниченного применения, так как обслуживали интересы полностью оформившегося социального феномена. Этот феномен в терминах традиционной социологии может быть определен как «корпорация транснациональной финансовой олигархии», которая сегодня определяет состояние мирового сообщества и способы управления им.

Иными словами, с одной стороны, происходящие сейчас трансформации, проявляющиеся в виде мощных протестных движений, охвативших различные регионы и группы стран, есть реакция на то, что мой коллега политолог Адриан Пабст называет «сговором между большим правительством и большим бизнесом».

Собственно, это и привело к возникновению особой системы, которая приватизирует прибыль, национализирует убытки и возлагает риски на общество.

А система, в свою очередь, лишь усугубила уже существовавшее неравномерное распределение доходов и имущественное неравенство, увеличила бедность в развивающихся странах.

С другой стороны, и об этом свидетельствует мирохозяйственная практика последних лет, объектами управления для этой классовой прослойки («корпорация транснациональной финансовой олигархии») становятся не только привычные социальные группы и сообщества, но и целые государства и регионы — при полном пренебрежении государственным суверенитетом и цивилизационными особенностями.

У этой прослойки есть одно слабое место — финансы и их государственная принадлежность: никто не может быть собственником финансовой системы, кроме государства, чьи знаки отличия стоят на любом векселе, монете или банкноте. Однако есть единственное государство, США, в котором к эмиссии денег допущена частная компания ФРС.

Что же характеризует эту «глобальную корпорацию финансовой олигархии»?

Прежде всего, ее особенностью является интернационально-глобалистский характер. Когда некоторые исследователи или политики пытаются возложить на администрацию США полную ответственность за разразившийся в 2008 году кризис современного мироустройства (начавшийся как финансовый, затем переросший в финансово-экономический, а теперь признаваемый многими экспертами как системный), они ошибаются. В этом случае преувеличивается ответственность государственной системы США. Точно так же некорректны, на наш взгляд, и попытки присвоить глобализаторам общечеловеческую потребность в мироосвоении, распространении своей культуры на новые географические социальные пространства. Но подобная потребность всегда стоит за несбыточной общечеловеческой мечтой об интеграции достижений и ценностей во имя общепланетарного блага.

Между тем за последние десятилетия ХХ века финансовое сообщество сосредоточило в своих руках закритическую массу мирового богатства, прежде всего финансового капитала.

Именно по его конкретным планам и исключительно в его интересах осуществляется глобальная миграция реальной экономики, влекущая за собой самое массовое со времен Великой депрессии обнищание среднего класса западных стран, рост социального напряжения и многочисленные межэтнические конфликты. Именно эти финансовые воротилы монополизировали право на истину в современной экономической науке в целях утверждения незыблемости неолиберальных концептов.

Мой коллега по работе над многотомным трудом «Возможные сценарии будущего» руководитель американской социологической ассоциации Крейг Калхун, недавно избранный на пост ректора Лондонской школы экономики, пишет: «Как могли неоклассическая и иные школы экономики так долго настаивать на моделях, в основе которых находились репрезентативность и рациональность игроков, гладкие графики и длительный беспроблемный рост? Действительно ли маклеры и менеджеры на Уолл-стрит верили во все это очковтирательство про новые инструменты снижения риска или они на самом деле знали о близком крахе, но уверовали, что они настолько ловки, что все равно выплывут успешнее других? Несомненно, одной из черт времен пузыря был наем массы одаренных студентов лучших университетов в инвестиционные банки и вовлечение их в мир игры в покер всю ночь напролет, риска, ставшего удовольствием, неприязни к риск-менеджменту и регулированию и бесконечной приятной уверенности в том, что они достаточно умны не только для того, чтобы заслуженно получать абсурдно большие зарплаты за минимально продуктивную деятельность, но и для того, чтобы вовремя выйти из финансовой пирамиды».

ARMAMENT PROTECTED CONSUMERISM
Глобальная финансовая корпорация практически полностью присвоила себе право на информационно-управляющие системы (традиционные СМИ, интернет, специальные и общественные сети), которые в последнее время уже начинают осознаваться как совсем не безобидные носители информации даже на родине интернета — в США. Когда-то искренние и честные принципы поведения «пятой власти» сегодня служат ярким примером и напоминанием о том, что произойдет со всеми другими сферами творческой деятельности человека, когда они станут оцениваться лишь с точки зрения соответствия прихоти клиента.

Этот квазикласс узурпировал каналы виртуального перетока финансового капитала, как когда-то имперская Британия захватила контроль над мировыми торговыми путями. По мановению волшебной палочки финансовые операции в наше время могут быть приостановлены или осуществлены с молниеносной скоростью ради создания «пустотной добавочной стоимости».

Скорее всего, теперь уже можно говорить о появлении диктатуры сравнительно небольшого (никак не «миллиарда») объединения «вершителей судеб», для которых когда-то определявшую судьбы народов ядерную кнопку заменил код доступа к электронной системе регулирования мировых финансовых потоков.

Сегодня глобальное финансовое лобби, отгородившееся от всех и снявшее с себя ответственность за что бы то ни было, назначает неудачниками целые страны, рейтингуя не столько экономические потенциалы и показатели, сколько соответствие формальной статистики очередной финансовой схеме.

Классовая финансовая прослойка на протяжении XIX–XX веков добивалась консолидации под своим контролем (явным или неявным) государственных систем развитых и многих развивающихся государств, за исключением провозгласивших альтернативную социальную ориентацию: СССР, Китая, стран социалистического лагеря, а также ряда традиционалистских режимов Востока.

Именно эта международная финансовая прослойка через функционирование подконтрольных ей государственных и специально созданных формально негосударственных систем, а также организованного извне нефтяного сговора обеспечила себе победу в холодной войне, добилась развала СССР и стран социалистического эксперимента. В дальнейшем это обеспечило Западу переориентацию подавляющего числа бывших стран социалистического лагеря в формат единой унифицированной социально-экономической модели, что привело к созданию новой структуры неравенства уже в рамках ЕС.

Анализ происходивших и происходящих в мире событий позволяет выявить ключевые цели финансовой олигархии в современных условиях.

Ее главная цель — достижение полной и безоговорочной победы «мира потребительства» как унифицированного материала для моделирования будущего глобального гражданского общества.

Во многом этот мир уже создан. В нем под лозунгом «Потребление — двигатель экономического развития» осуществляется глобальная манипуляция общественным сознанием, устраняются даже малейшие ростки духовности, исторических традиций, национальной культуры и самобытности, препятствующие глобализации финансовой меркантильности.

Объектом агрессивного консьюмеризма стали все категории граждан от тинейджеров до стариков. Так, молодежная культура, возникшая в 1960-е на волне протестов против консерватизма и агрессивности военно-промышленного комплекса Запада, была планомерно переориентирована на активизацию потребления. Тотальное воздействие на потребителя свидетельствует о процессе глобальной коммерциализации (финансиализации) человеческого сообщества. Как отмечает один из авторов труда «Возможные сценарии будущего» профессор антропологии Городского университета Нью-Йорка Дэвид Харви, именно радикальная финансиализация, благодаря которой «возродилась» капиталистическая экономика, посеяла семена глубокого кризиса.

В сознании человека базовые, в том числе определяемые социальной природой человека ценности замещаются удобными для манипулирования ценностными суррогатами.

Священность человеческой жизни, важность традиций для развития, ценность семьи и связь поколений, святость материнства, признание человека существом общественным, важность реальной свободы и соблюдения достоинства личности — все это подменяется пропагандой противоестественных отклонений, которые за счет постоянного «медиавговаривания» вырастают в социальные пороки, но как таковые не признаются и не порицаются. К подобным явлениям следует отнести и пропаганду беспредельного индивидуализма и пренебрежения интересами других. Не важно, идет ли речь об интересах соседа по улице или об интересах граждан других стран.

Типичным примером может служить агрессия НАТО против Ирака под сфабрикованным предлогом наличия у этого государства оружия массового поражения. Даже после официального признания администрацией Джорджа Буша и правительством Тони Блэра лживости информационного повода к военному вторжению, это не повлекло за собой сколько-нибудь морально обязывающей реакции американцев и европейцев. Нам также не известно о требованиях привлечь государственных лжецов, ответственных за гибель десятков тысяч своих граждан и иракцев, к ответственности.

Атомизированное пропагандой предельного индивидуализма западное общество глотает любую ложь под предлогом защиты «общечеловеческих ценностей», принадлежащих исключительно англосаксонской цивилизации.

Точно так же Запад отреагировал и на войну, развязанную НАТО против Ливии. Конечно же, опытные и искушенные в политике эксперты, одобряя резолюцию ООН «О закрытии воздушного пространства Ливии», прекрасно понимали, чем это закончится. Даже в штаб-квартире ООН некоторые американские генералы буквально уговаривали российских коллег повлиять на Вашингтон, так как «одновременно третьей войны США просто не смогут выдержать».

Другое показательное явление современного общества агрессивного консьюмеризма — растущая бездуховность и аморализм. Попытка свести все интересы человека и основания его жизни только к наживе и индивидуалистическому доминированию — это еще одна программа переформирования человеческого сообщества в послушное стадо, готовое не рассуждая исполнять любой социальный маневр по заказу властителей.

При всех хорошо известных и широко распространяемых суждениях о таких ценностях, как свобода личности, конкуренция как право на свободный выбор и т. д., глобальному обществу предписано исповедовать лишь то, что позволяет ему осуществлять уверенное социальное управление. Это то, что один из основателей мирового общественного форума «Диалог цивилизаций» Джагдиш Капур справедливо называл armament protected consumerism — защищаемое вооруженной силой общество потребления.

Соответственно, принимая во внимание практику двоемыслия творцов новых глобальных ценностей, одним из эффективных способов подавления «глобального инакомыслия» является создание управляемых экономических кризисов, которые пришли на смену стихии ранней истории капитализма.

Еще один из авторов труда «Возможные сценарии будущего» политический философ Нэнси Фрезер считает, что государственная политика, «корректирующая» ошибки рынков, есть определенная форма доминирования. Для преодоления подобных деструктивных тенденций, подчеркивает Фрезер, недостаточно вновь связать рынки с социальными отношениями и потребностями; важно сделать это таким способом, который заново сформулировал бы «нормы, вдохновляющие социальную поддержку».

Сегодня более чем актуально вернуться к переоценке Бреттон-Вудского соглашения об отказе от золотого эквивалента в международных финансовых расчетах, которое до настоящего времени считается колоссальным стимулом для бурного экономического развития мировой экономики. Однако беспристрастный анализ даже последнего финансово-экономического кризиса показывает, что на деле это решение привело к созданию единственного центра эмиссии резервной валюты, который дал упомянутой финансовой прослойке неоспоримые преимущества для форматирования глобального мира по своим лекалам.

В результате за счет чудовищного диспаритета цены и ценности, владения эмиссионным центром глобальной резервной валюты, использования виртуальных денег в виде различного рода деривативов и напечатанных долларов (соотношение 1:10, если оценивать стоимость глобальной экономики и объем выпущенных деривативов) финансовая олигархия создала мощный инструмент финансового управления глобальной экономикой и углубления неравенства развивающихся стран и стран «золотого миллиарда». Экономические отношения между ними можно сравнить лишь с периодом ранней колонизации, когда ценности развивающихся стран обменивались на «стеклянные бусы» западного мира. С этим согласен мой коллега из Турции социолог Чаглар Кейдер, который обращает особое внимание на то, что, как бы ни страдал средний класс богатых стран, бремя созданных глобализацией неравенства, эксплуатации и кризисов в наибольшей степени несет беднейшая часть человечества.

ПРОДОЛЖЕНИЕ

Источник: Записки наивного человека

comments powered by HyperComments

Ещё по теме