16112018Популярное:

Тайна великая сия есть

Сегодня главвоенпрокурор Украины вновь стал ньюсмейкером, озвучив число потерь ВСУ, МВД и карательных зондеркоманд под Иловайском год назад — более тысячи человек. Кстати, опять же названная цифра оставляет широкое поле для толкования: более — это насколько более? Тем не менее, то, что прежние потери числом под полторы сотни, затем две сотни, затем три сотни дезавуированы и приближаются к относительно вменяемым и достоверным, весьма отрадно.

Собственно, Иловайск стал тем местом, где Украина и Запад окончательно убедились в военном присутствии России. Заявления Захарченко о 1200 подготовленных танкистов выглядели слишком натянутыми, а главное — даже эта тысяча двести человек не могли объяснить катастрофу ВСУ. Тайная война перестала быть таковой — разве что для свидомых свидетелей с российской стороны, которые до сих пор требуют некие "пруфы", подтверждающие наличие не только ополченцев. Им, естественно, нужны не подтверждения, а сохранение своего уютного виртуального мирка — но это их дело. Даже кадры пленных россиян их не убеждали — это проще забыть или объявить вражьей пропагандой.

В ситуации, когда Стрелков наскребывал чуть ли не поштучно единичные людские подкрепления на фронт и отправлял на прорывы даже свою личную охрану (чему как раз год назад я был свидетелем), объяснить разгром почти прорвавшихся ударных группировок ВСУ неведомыми резервами стало уже невозможно. Могу только привести пример, когда ночью в штаб Стрелкова сообщили о прорыве 10 танков в Ясиноватую (в итоге оказалось, что было 3 танка, 1 из которых удалось то ли подбить, то ли повредить, после чего они отошли), в ружье был поднят весь штаб и был готов убывать к месту прорыва — больше поднимать было некого.

К сожалению, тайная война до сих пор так и осталась в прежнем формате, сделав позиции России предельно уязвимыми. Еще год назад я писал о том, что такой формат крайне опасен и не позволит добиться успеха с решительными результатами — а ими мог и должен быть стать военный разгром не отдельной ударной группировки, а всех ВСУ на Востоке Украины.

Тем не менее, именно это и произошло — буквально через пару недель все было остановлено, так как нужно было принимать окончательное решение — признавать прямое вмешательство и добиваться окончательной победы или отказываться от признания и превращать разгром противника в собственное поражение. Москва выбрала второй — наихудший — вариант. Потом это было обставлено пропагандой в качестве небывалого миролюбия и гениальной прозорливости руководства, не позволившего втянуть мир в Третью мировую и Первую интергалактическую войну. Однако факт остается фактом — сегодняшние смерти и разрушения — прямой итог неверно выбранного год назад решения, той колеи, попав в которую, теперь у Москвы нет никакого иного пути, как поражения.

Кто принял это решение — известно. Неизвестно, с чьей подачи и под давлением каких обстоятельств. А у каждой ошибки, как известно, есть совершенно конкретные фамилия, имя и отчество. Остается надеяться, что они будут озвучены до того, как их носители отойдут в мир иной в образе государственных мужей и радетелей за страну.
Источник: Эль Мюрид

comments powered by HyperComments

Ещё по теме