27092020Популярное:

Старый строй и Православная Церковь

Старый строй и Православная Церковь

В эти бурные дни грозы народной, как бы освежающей раскаленный воздух и благодатным дождем наполняющей жаждущую землю, к сожалению, наблюдается немало и печальных явлений.

К числу последних относятся многие нарекания на Церковь православную, подсказываемые, видимо, или непониманием существа дела, или же недружелюбным отношением к Церкви.

Зачем, говорят, Церковь постоянно молилась за царя и за весь царствующий дом, когда так не достойны были и отрекшийся царь Николай 2-й и его супруга? Не раболепствовала ли Церковь — это высшее Божественное учреждение, — пред царскою властию, или точнее, не унижали ли тем Церковь не по разуму усердствующие её служители?

— Нам кажется, в таком обвинении кроется явное недоразумение. Церковь молилась за царя и за правительство, и всегда будет молиться, каково-бы это правительство ни было, не потому, что Церковь раболепна, а потому, что молитва за власть предержащую завещана Церкви Самим Богом, и потому никакие человеческие силы не в состоянии отменить ее. Св. ап. Павел в послании к ученику своему Тимофею пишет: «Прежде всего прошу совершать молитвы, прошения, моления, благодарения за всех человеков, за царей и за всех начальствующих» (1 Тим. 2, 1–2). При этом надо иметь в виду, когда писалось это послание: во времена царствования в Римской империи императора Нерона — этого кровожадного, неистового зверя на престоле. Без преувеличения можно сказать: мир не знал изверга худшего Нерона. То император язычник, мучитель и жестокий гонитель христиан. И тем не менее апостол, по внушению Духа Святого, завещает Церкви молиться о нём. Почему? — Да потому, что молитвы церкви сильны просветить человека истинным светом св. Евангелия, умягчить его сердце, умудрить и укрепить тех, управлению коих вверены миллионы людей. В таком смысле были молитвы Церкви о царствовавшем императоре, таковы же будут они по тех благоверных правителях, коих угодно будет Промыслу Божию поставить над нашим народом.

В чём же здесь погрешала Церковь?

В том, говорят, что Церковь всегда выдвигала самодержавие царя.

Да, Церковь поминала всегда императора самодержавнейшим. — Но как же могла она поминать его иначе? Титулы царские устанавливаются народами, принимаются всеми державами. Церковь никому никаких титулов не даёт, не в праве она ничего в них и изменять.

Церковь, говорят, учила о повиновении царю. — Но как же, спросим мы, могла она не учить этому? Такая Церковь не могла бы и существовать, и не потому только, что ее не допустила бы власть: никакие внешние силы не уничтожат Церкви, хотя бы гонимая и даже мучимая, Церковь будет пребывать, по воле и пророчеству её Божественного Основателя, до скончания века, — но потому, что Церковь, допустившая проповедь о неповиновении власти, отказалась бы от Божественного учения, возвещенного ей в слове Божием. Св. апост. Павел в послании к Римлянам пишет: «Всякая душа да будет покорна высшим властям, ибо нет власти не от Бога, сущие же власти от Бога установлены» (Римл. 13, 1). Проповедью о неповиновении власти Церковь сама колебала бы то основание, т.е. слово Божие, на котором она стоит. Теперь призвано новое временное правительство, и Церковь не только молится за него, но всех верных чад зовёт повиноваться ему со всем усердием и не только за страх, но и за совесть, ибо на этом правительстве лежит величайшая задача, высшая сил человеческих — управить двухсотмиллионным народом в страшную, небывалую бурю. Только благодать Божия, по молитвам св. Церкви, может укрепить людей на такой подвиг. Будет новое постоянное правительство, по нём также будет возносить свои молитвы Церковь. Смена форм правления, смена правительств — дело народов. Церковь стоит в стороне от этого, она учреждена Христом Спасителем и существует не для политической борьбы, не для устроения царства земного, а для устроения царства небесного в душах человеческих.

Церковь, говорят, не обличала недостойных носителей власти.

— Но кто может с уверенностью сказать, что таких обличений не было со стороны служителей Церкви. — И неправду, и продажничество сильных и высоких пастыри, несомненно, обличали; о немецком засилье, захватившем самые жизненные ткани народного организма, немало говорили с церковной кафедры. Правда, лиц при этом не указывали. Но едва ли пастыри при таких обличениях вправе называть определенные имена. Иначе то было бы приговором без суда, наказанием без следствия. Пастыри Церкви могут бороться с темными явлениями жизни, но не судить и обвинять отдельные личности, независимо от их положения. К сожалению, голос пастырей не мог быть услышан. На всём лежала тяжелая, все сковывающая рука цензуры, без разрешения которой нельзя было напечатать не только обличения, хотя бы и косвенного, но даже краткой церковной молитвы.

Пастыри сами были первыми жертвами веками установленного режима и больше, чем кто-нибудь, чувствовали на себе его тяжелый гнёт. Вышедшее из народа русское духовенство с народом жило, с ним вместе и страдало. К прискорбию, как Церковь православная, так и её пастыри имеют немало врагов. Со всех сторон ее окружают лица совершенно незнакомые ни с жизнию Церкви, ни с её учением. Этим только разве можно объяснить распространяемое в Петрограде в народе обвинение: в самые бурные дни революции, будто бы, на колокольнях церквей были поставлены пулеметы и с них стреляли в народ. Вследствие таких обвинений, некоторые церкви были обстреляны, духовенство их подверглось обыскам, а в результате, насколько выяснилось теперь это дело, нигде, видимо, пулеметов не оказалось.

Не таковы ли в большинстве и другие обвинения на Церковь?

Но забудем всё, что было тяжёлого. Без мук и страданий не бывает великого. С бодрым духом, с взаимным доверием пойдём на новый путь, который обещает и Церкви, и народу свободу и радость.

Протоиерей Евгений Кондратьев
Вестник военного и морского духовенства. 1917. №5–6. С.142–144.


Источник: Игорь Пыхалов

comments powered by HyperComments

Ещё по теме