19102021Популярное:

Сталинская модель опережающей экономики

Бывший министр по развитию Дальнего Востока, ныне замсекретаря Общественной палаты Александр Галушка выпустил большое исследование-монографию (она в свободном доступе), где на основе объективных экономических данных проанализировал и сравнил хозяйственные модели России с конца 19 века.  И — вот «неожиданность»! — получилось, что самая передовая модель, дававшая наибольшие темпы развития России, причём даже вопреки Великой отечественной войне, была выстроена в 1929-1955 годы. 

Автор, чтобы его не заклеймили сталинистом и певцом тоталитаризма, намеренно не называет имён Сталина, Берии и других сталинских управленцев, а приводит только сухие факты, результаты, которые не могут не впечатлить. 

  1. Первая экономика Европы и вторая экономика мира. В 14 раз – рост экономики, 13,8% – среднегодовой рост экономики за вычетом военных лет (мировой лидер по темпам экономического роста в ХХ веке). Внешний госдолг: отсутствует. Резервы золота – 2 050 тонн (2 место в мире).
  2. Первое место в мире по удельному весу машиностроения в продукции промышленности (обеспечена полная технико-экономическая независимость); первое место в мире по механизации сельского хозяйства; первое место в Европе по абсолютным размерам промышленного производства, первое место в Европе и второе место в мире по уровню производительности труда в промышленности.
  3. Новые отрасли мирового уровня: атомная, космическая, ракетостроение, авиастроение, приборостроение, радиотехническая, электронная, электротехническая, химическая, станкостроение и др. Экономика обладает самым молодым в мире производственно-технологическим аппаратом.
  4. Кадры: инженерно-технологическая и научная школа мирового уровня, образование и здравоохранение – качественные и доступные.
  5. На 26 лет – рост продолжительности жизни. На 46 млн чел. (до 200 млн чел.) – рост численности населения. Более 4 раз – рост реальной заработной платы. Более 5 раз – рост вкладов граждан в сберкассах.

Причём это эффективность не ради эффективности, и не эффективность ценой человеческих жизней, как это часто представляется либеральными экономистами. В книге Галушка показывает, что в основе этой модели Опережения лежали: 1) понимание фундаментальных законов самостоятельного народного хозяйства и 2) внедрение уникальных управленческих решений, которые нередко опережали время.

Экономические власти тех лет решали проблемы, над которыми современные экономисты безуспешно ломают головы:

  1. Повышение производительности и снижение затрат: ежегодная цель увеличения производительности труда и ежегодная цель снижения затрат (в среднем на 3-5%) за счёт рационализаторства, повышения квалификации, внедрения передовых технологий и техники. Фактическое снижение затрат 1947-1954 гг. – в среднем на 6,4% в год — основа регулярного с 1947 года снижения цен, которые совокупно за 1947-54 гг. снижаются в 2,3 раза.
  2. Материальное стимулирование: с 1931 г. массовый перевод предприятий на сдельную оплату труда: перевыполнение плана на 5% — оплата выше на 30%, на 6-10% — на 60%. С 1942 г. — специальные вознаграждения для изобретателей и рационализаторов. С 1947 г. — «фонд директора»: предприятие получает 4-10% от планового и 50-75% от сверхпланового снижения затрат (премии, жильё работникам и т.п.). В 1953 г. 77% рабочих в промышленности – на сдельной оплате труда. К 1955 г. складывается экономически оправданная дифференциация оплаты труда: 7,1 млн человек — зарплата более 1 000 р. в месяц, около 1 млн человек – более 2 000 р. в месяц, имеют место легальные миллионеры: конструкторы, изобретатели, ученые, деятели культуры и т.п.
  3. Конкуренция: государственная поддержка развития конкуренции на всех уровнях, включая предприятия, научные и образовательные учреждения, сферы здравоохранения и услуг, организации, отрасли, регионы, трудовые коллективы («стахановское движение»), отдельных работников. Даже в высококонцентрированном авиастроении конкурируют шесть конструкторских бюро: Туполева, Яковлева, Ильюшина, Антонова, Микояна и Гуревича (МиГ), Сухого.
  4. Канал обратной связи: целевой поиск на местах и массовое распространение по горизонтали всей экономики лучших технологических решений и практик повышения производительности, снижения затрат, улучшения качества. Это делают Госплан, его «уполномоченные» в регионах, Совет научно-технической экспертизы при Госплане, отраслевые ведомства. фундаментальный подход к самостоятельному развитию народного хозяйства. 
  5. Денежная система подчиняется задачам экономического роста. В ней созданы два изолированных друг от друга контура денег — наличный и безналичный. Безналичный денежный контур обеспечивает расчёты между предприятиями и необходимое долгосрочное финансирование капиталовложений в опережающее создание средств производства, наличный денежный контур — расчёты населения и розничный товарооборот

Правда, автор при этом намеренно использует современные термины, чтобы обосновать и доказать востребованность той модели для России и в будущем. На мой взгляд, это выглядит странно, поскольку социалистическое соревнование — вовсе не конкуренция, в нём заложен противоположный принцип, соперничества ради достижения общей цели, который соответствует русской традиции.

В книге подробно разбирается каждое это управленческое решение, из чего видно, что сталинские управленцы не копировали чей-то опыт, а мыслили самостоятельно, искали методы, которые наиболее полно раскрывали потенциал народа. Предвидя возмущения про ГУЛАГ и работу заключённых, приведу данные из книги о том, что эффективность каторжников была нижайшей и её вклад в экономику был в районе погрешности.

Галушка также не скрывает, что индустриализация СССР в 1930 годы проводилась с использованием технологий и специалистов США и стран Запада. Но показывает, насколько умно это было сделано — не только без потери суверенитета, но и с его усилением благодаря воспитанию собственной научной и инженерной элиты.

  • 1929-1932 гг. – целевой импорт технологий и человеческого капитала: техническое сотрудничество с лучшими в мире компаниями (Форд, Сименс, Дженерал Электрик и др.). и лучшими в мире специалистами, например, Альбертом Каном (США), Эрнстом Маем (Германия) – лучшие в мире архитекторы работают в России и проектируют соответственно 521 новый завод (1/3 крупнейших заводов – ядро первой пятилетки) и 20 новых городов. 
  • 1932-1940 гг.: – активное технологическое импортозамещение: развитие отечественной системы образования и науки. Ядром системы становятся кадры, прошедшие обучение у иностранных специалистов. Выход за 7-10 лет на уровень самостоятельных передовых в мире технологий и образцов техники. Доля импортного оборудования в н/х: 1929 г. – 33%, 1937 г. – 0,9%.
  • 1946-1955 гг. – фронтальное технологическое обновление: создание в январе 1948 г. Государственного комитета по внедрению передовой техники — реализация «разворачивающейся спирали» непрерывного обновления производственно-технологического аппарата. Революция в станкостроении — кратный (до 10 раз) рост внедрения нового оборудования. К середине 1950-х экономика обладает самым молодым производственно-техническим аппаратом в мире.
  • 1946-1955 гг. – прорывное создание новейших технологий и новых отраслей: ядерный, ракетно-космический, радиоэлектронный проекты. Проектные комитеты – ключевой механизм успешной организации инновационных проектов, бесшовно объединяющий в одной организационной структуре все необходимые звенья инновационной цепи от фундаментальной, прикладной науки и административных звеньев до опытной и промышленной эксплуатации.

Пункт про станкостроение — фундаментальный. В модели Опережения именно производство средств производства была ключевой, так как именно собственные станки позволяют создать независимую производственную базу для создания и развития любой отрасли. Без этих первичных оборудований невозможны передовые технологии.

Но при этом — и здесь самое для меня интересное открытие в исследовании Галушки — он доказывает, что создание средств производства не шли в ущерб потребительским товарам. Первые модели автопрома, первые радиоприёмники и телевизоры, которые соответствовали мировым стандартами или даже опережали их, широко входили в быт людей. Таким образом, подчёркивается, что мобилизационное развитие фундаментальных отраслей промышленности отнюдь не противоречит и не мешает развитию рынка потребительских товаров. Это же доказывают и примеры индустриализации тех же развитых экономик Запада, где одновременно создавали и сложные станки и шмотки. 

Поэтому известный либеральный аргумент, будто бы излишнее станкостроение сгубило экономику СССР, ущербен. Сгубило его ровно обратное — снижение инвестиций в основные фонды и ликвидация ключевых факторов модели опережения усилиями самой власти уже сразу после смерти Сталина. 

Отказ от больших целей развития и опережающего технологического развития в пользу догоняющего, отказ от целостного развития единой экономической системы, уравниловка под видом якобы настоящего социализма вместо соцсоревнования, запрет на огороды и частную инициативу, ликвидация двухконтурной денежной модели — все эти решения времён Хрущёва привели фактически к убийству модели Опережения. Но запасов её прочности, её высоких темпов хватило на небольшой экономический рост, что автор книги назвал моделью затухания. Но это уже совсем другая тема.

В завершение отмечу, что книгу Александра Галушки, в которой сталинская модель Опережения предлагается как эталон для будущей экономической модели России, так или иначе поддержали такие действующие госдеятели, как первый вице-премьер Андрей Белоусов, вице-премьер Алексей Оверчук, помощник президента Максим Орешкин, глава СПЧ Валерий Фадеев, первый замминистра обороны Руслан Цаликов, глава «Ростеха» Сергей Чемезов, полпред в ЦФО Игорь Щёголев.

РМ

Источник: Записки наивного человека

comments powered by HyperComments

Ещё по теме