20042019Популярное:

Слово свидетеля

Уважаемый terry_v подсказал мне следующую статью — "Слово свидетеля". Некий Роман К., коренной укро-нацик и член националистической группы "Пласт", написал личную исповедь о том, как он избавился от псевдонационалистического вируса и обрёл себя русским православным человеком. Широкими и глубокими мазками он нарисовал истинную картину создания "украинства", идущую ещё от "австрийской программы формирования новой нации" и меняющую сознание тысяч русских людей на западных окраинах. На опыте своей семьи и исторических фактах 19-20 веков он поведал о том, как русские православные люди были заражены вирусом русофобии и украинизации. И к чему это привело сегодня.

Остаётся только сожалеть, что Роман будто оборвал статью на середине и не досконально проработал эту тему, не дошёл до самых истоков — от унии и даже раньше. Впрочем, это с лихвой компенсируется его яркими личными переживаниями и конкретными фактами о деятельности укро-нациков, которым он был непосредственным свидетелем.

***

Мой дед, по рассказам бабушки, был связным у Бульбы-Боровца, а о его родной сестре Тине даже упоминается в мемуарах повстанческого атамана. Убили деда во время перестрелки с советскими войсками возле одного из аэропортов под Дубно. Вернее, он сам пустил себе пулю в лоб после ранения в ногу, чтобы умереть вместе со всей информацией, которая могла бы повлиять на жизни многих людей.

Поэтому я прекрасно понимаю, о чем хотел сказать господин Колесниченко. Моя бабушка не раз рассказывала мне ужасы о том, как ей (жене не последнего человека в окружении ТББ) с двумя младенцами на руках приходилось убегать огородами под пулеметным огнем от «вояків» службы безопасности ОУН (Бандеры). Они, кстати, прекрасно знали, куда и зачем стреляли. И если такое отношение у них было к «своим», то можно только представить, как они поступали с «чужими».

В свою бытность членом националистической организации «Пласт» мне приходилось бывать практически во всех ключевых точках боевой активности «Полесской сечи», слушать всевозможные рассказы очевидцев и «проповедовать» о «героических страницах» другим юношам. Как уроженцам Волыни нам всегда не нравилось, что выскочки галичане беспардонно отобрали у нас название УПА и присвоили все «заслуги» себе, хотя настоящим духом УПА у них-де совсем и не пахло.

Если сама идея подпольного движения во время битвы двух титанов кому-то представляется светлой и правильной, можно до посинения спорить, кто являлся ее лучшим выразителем и соответственно — «героем». Мне особенно трудно об этом говорить, поскольку сопротивление советской власти было и есть стержнем семьи, в которой я вырос, и смыслом жизни многих очень близких мне людей. Долгое время украинский национализм занимал и в моей жизни роль краеугольного камня, пока однажды я не осознал, что, кроме «идеи нации», есть еще настоящий Бог.

Это сделало меня со временем чужим среди своих, получеловеком, которому «московские попы» промыли мозги. Но это и открыло мне глаза на мир, который оказался совсем иным и не похожим на тот, который вращался по орбите вокруг «идеи нации».

Конечно, преобразование проходило не так гладко, как может показаться на первый взгляд. В религии «Идеи нации» я себя очень комфортно чувствовал в роли проповедника, обращавшего на «путь истинный» многих «политически заблудших» и предвосхищавшего прекрасную перспективу роста.

Процесс вытягивания всех идеологических крючков из тела затянулся на шесть лет постоянных поисков и выяснения тех вопросов, ответы на которые раньше вылетали на собеседника речитативом.

Раскапывая пласт за пластом устоявшиеся мифы и установки, я увидел то, упоминание о чем не простил бы никому еще лет 7 назад. Там, в глубине души, сорок тысяч километров под «украинской» землей, спокойно жил себе русский православный человек. Это при том, что на момент открытия я даже толком по-русски не умел говорить.

Отцы и дети
Но давайте все же вернемся к теме и попробуем разобраться, в чем тут дело. Сразу прошу извинения за некоторую обширность объяснения, но в данном случае трудно выкинуть слова из такой неоднозначной песни.

Действительно, мои дед и бабушка были членами ОУН со скамьи гимназии. Дед при Польше участвовал в подготовке покушения на Пилсудского, бабушка всячески разделяла его радикальные антипольские, а затем и антисоветские взгляды. Но давайте посмотрим на их родителей. Отец бабушки — протоиерей Иоанн Черетянко, клирик РПЦ, женат на выпускнице Санкт-Петербургского института благородных девиц. Отец дедушки — протоиерей Евгений, рукоположенный известнейшим идеологом «черносотенства» митрополитом Храповицким. Отец Евгений (по воспоминаниям очевидцев), как только сыновья заводили разговор о возможном подчинении УАПЦ, переходил на русский язык, повышал тональность и начинал говорить в духе «за Веру, Царя и Отечество». Это не помешало внукам сделать из него чуть ли не проповедника автокефалии, зацепившись за то, что он-де разрешил читать Евангелие и Апостол во время литургии на украинском языке (кстати, по благословению св. патриарха Тихона). Так в чем же причина столь радикального разрыва между двумя поколениями?

Корни проблемы
Одна из причин, как это ни странно, — переворот 1917 года. Весь XIX и XX век одну из самых могущественных империй мира содрогали чудовищные по своей жестокости и частоте террористические акты. Именно «праотцы» коммунистов ввели в обиход кровавый террор во имя «всеобщего блага», который закончился жесточайшим по своей ненависти убийством императора Николая II, его пятерых детей и жены. Все, что последовало за этим (репрессии, голодоморы, война и смерть миллионов по всей территории необъятной империи), было лишь следствием, поскольку наши деды и прадеды отказались стать на защиту того, кто жил, трудился и умер за свой народ. Умирал ли царь Николай в том числе и за своих малороссийских подданных? Без сомнения…

А если все отвернулись, просто опустили голову и промолчали, то зачем роптать потом на новых правителей, на голодомор, на войны? Почему царь на фоне общенародного бездействия должен смотреть, как на его глазах умирают цесаревич и его любимые дочки, а когда похожая участь постигает малороссийских крестьян — это обязательно надо хорошенько пропиарить и вырвать из контекста до неузнаваемости.

Запомним только, что ящик Пандоры, из которого вылетел кровавый террор и вседозволенность, открыли самые либерально настроенные слои российского общества, являющиеся одновременно прямыми родственниками пришедших к власти коммунистов.

Австрийская программа
Так вот, новое поколение на польской территории жило уже в пост-революционое время. Семя «украинизирования» русского населения было посеяно Австрийской империей при полной поддержке поляков на местном уровне. Даже первые концентрационные лагеря Терезин и Талергофф были созданы для тех, кто не желал становиться лояльным к Австрии «украинцем», а предпочитал умереть, но остаться верным своей русскости.

На территории УРСР сами же коммунисты начали активнейшим образом формировать «украинский» язык, литературу, поэзию. Образование на украинском языке вплоть до высшей школы впервые было создано, разработано и внедрено не гетманом Мазепой, а правительством СССР. Ни одно государство до этого не решалось доводить этот австрийский проект до таких масштабов. Странно теперь слышать возмущение некоторых коммунистов, когда их же детище восстает против родителей.

Когда окрепшая и преобразованная Сталиным советская власть пришла в 1939 г. на территорию Западной Украины, это уже была совсем не та земля, которую когда-то оставил российский скипетр. За это время австрийский вирус разросся до уровня полномасштабной структурированной организации (ОУН), куда, как мы видим, вошли те, чьи отцы еще 20 лет назад и не подозревали, что принадлежат к какому-то отдельному этносу. Репрессии Польши против своего же проекта («украинства») только усилили их уверенность в том, что они не поляки. Русскими они не могли стать по той простой причине, что программа создавалась именно для переделки русских, а сбои в австрийском «софте» происходили очень редко.

После зачистки наследия Ленина и Троцкого переделанный И. В. Сталиным коммунизм не успел прижиться в Западной Украине. Что такое год в исторических масштабах? Несколько месяцев да и только. Уже через год в ОУН появились спонсоры, которые не имели ничего против самобытности «украинского» народа (по версии ОУН) и его претензий на государственность. Конечно, абверу было выгодно возродить финансирование проекта, запущенного еще Габсбургами (который показывает до сих пор феноменальный результат: русское население начинает ненавидеть Россию и обособляться в отдельную народность).

То, что ОУН боролась вместе с войсками Третьего рейха, не должно никого удивлять. Почему, скажите, все спокойно относятся к тому, что сечевые стрельцы (безмерно желавшие в бою с русской армией доказать, что они нерусские) убивали своих единокровных братьев и при этом с азартом пели «Ой на горі на Маківці», а когда речь заходит об СС «Галичина» или УПА, все вдруг начинают страшно негодовать. Какая, собственно, между ними разница? Неужели убитый повстанцами УПА советский солдат более ценный, чем убитый 25 годами раннее сечевыми стрельцами донской казак-кавалерист, воевавший за веру, царя и отечество «по горам Карпатам»? Кстати, даже песня есть у донских казаков про эту войну: «По горам Карпатам метелица вьется».

Если говорим «а», надо сказать и «б»
Разговор о коллаборационизме времен Великой Отечественной войны невозможен без дискуссии о происхождении украинского сепаратизма. А поскольку эта тема неполиткорректна, никто, видимо, не собирается идти этой дорогой до конца. Ведь если мы не будем видеть в Олеге Тягнибоке, Дмитрие Корчинском (и иже с ними) обычных русских парней, которые (по Достоевскому) нашли свою идею и неистово ей служат всеми струнами своей души (даже если она антирусская), мы никогда не сможем разобраться в происходящем вокруг нас. Вся трагедия УПА, да и всего «украинства», — это проблема Каина, который перестал видеть в Авеле родного брата. А если мы все же признаем самобытность продукта, произведенного австрийским «софтом» (самобытность украинской нации), то мы должны признать и весь остальной «пакет документов».

Естественно, на фоне всего вышесказанного опускаются руки, когда депутат-«регионал», которому ты четыре раза отдал свой голос, ищет героев там, где можно найти только вольные и невольные заблуждения; когда партия, представляющая юго-восток, лезет из шкуры вон, чтобы понравиться гаранту «героев Крут, голодомора и УПА». Самое интересное, что ситуация за 60 лет после Великой Победы ничуть не изменилась. Мы опять видим верных слуг американского рейха под границами РФ, а вместе с ними странных людей, которые думают, что во время войны титанов можно пересидеть в какой-то воображаемой «бело-синей» «Украинской Сечи».

К сожалению, остановить «австрийскую программу» невозможно. Пока существуют силы, не желающие возрождения Российской империи, австрийский «софт» всегда будет ходовым товаром. А откопать в себе русского человека в условиях тотальной русофобии возможно только сверхъестественным образом, чем ПР никогда, видимо, и не планировала заниматься.

Роман К.
Данная статья вышла в выпуске №49 (441) 5 — 11 декабря 2008 г

Источник: Записки наивного человека

comments powered by HyperComments

Ещё по теме