20092017Популярное:

Секретная война

Фотография:

21584063_1412016785514585_1615906258_o

Что в ней необычного? Дата гибели. С фамилией проблем нет: Минобороны перестало называть фамилии погибших военнослужащих, стало писать о них безлично. Последнее сообщение, к примеру, из провинции Дейр-эз-Зор звучит именно так: "…При следовании в провинции Дейр-эз-Зор автомобильная колонна подверглась минометному обстрелу террористами ИГИЛ. В результате обстрела один российский военнослужащий погиб, еще один получил тяжелые ранения», — рассказали в министерстве. В Минобороны отметили, что раненый военнослужащий был доставлен в госпиталь, где скончался…"

Так что фамилия уже ни о чем не говорит, погибший ефрейтор формально мог проходить по таким вот обезличенным спискам. Неясно с датой. В декабре 16 были заявлены четыре погибших — 5, 7 и 8 декабря. Всего 4 человека, причем все фамилии тогда еще назывались. Следующие официально признанные погибшие — четыре военных (в этот раз уже без фамилий) погибли 16 февраля в Хомсе, 20 февраля об этом было заявлено. Между этими датами никакого погибшего 15 декабря 2016 года не было.

О чем это говорит? Военные не признают десятки (а вообще-то гораздо больше) убитых наемников из ЧВК. Только в Акербате ИГИЛ отчитался о 9+ убитых наемниках из России в период с 21 августа по 7 сентября:

21552280_1411202598929337_557151874_n-2

Был снят ролик, на котором отчетливо видны и жетоны на отдельных убитых, и записи в тетради на русском языке. Нет, не признаем. Понятно: в списках не значатся, это не наши, это к путинскому кулинару, пожалуйста. По нашему ведомству таких нет. Удобная формула. Но тут-то свой. Контрактник, как можно понять. Почетный караул по бокам опять же.

Есть только одно объяснение, которым тоже можно прикрыть официальное вранье — закон о засекречивании. Который касается специальных операций за рубежом. Возможно, здесь как раз такой случай. Тогда смысл в нем, если секретно погибший открыто чествуется с указанием более чем секретной датой гибели?

Эта война обходится нам дорого. Секретно дорого. Мы не знаем, сколько Путин тратит на эту войну. Мы не знаем, сколько на ней погибло. Мы не знаем, во сколько обходится помощь Асаду. Мы не в курсе, как долго будет продолжаться эта война и сколько она будет стоить еще. В условиях, когда народ обкладывают налогами на всё, когда олигархи и путинские друзья обжираются до несварения желудка яхтами, виллами, выводом денег в офшоры, секретная война — это еще одна статья разворовывания страны с целью удовлетворять амбиции лидера. Причем лидер не намерен отчитываться об этой войне — ни по ее целям, ни по ее ходу, ни по ее срокам и критериям завершения.

Платим за эти амбиции все мы. Без исключения. Кто-то — прямо своей жизнью. Остальные — продолжением ухудшения общей обстановки внутри страны и за ее пределами. Путин борется с мифическим международным терроризмом (а говоря откровенно, явление, которое мы наблюдаем сегодня в Сирии, называется совершенно иначе, у этого явления есть вполне официальное определение даже в документах ООН), при этом тот же Путин разрушает нашу с вами страну, создавая здесь все условия для радикализации, одичания и озверения. Разжигание исламистского психоза по мученикам в Мьянме (при том, что там действительно геноцид, только об этом почему-то вдруг стали говорить только сейчас, а до того никаких вопросов в том числе и у официальных российских властей не возникало, митинги в Грозном тоже стали собирать только сейчас), разжигание Поклонской и ее сектой идеологии террора под православными кричалками — все это реальность сегодняшнего одичания страны. Сваливания ее в мрак средневековья. И несет ответственность за это тот, кто якобы борется с этим же самым, но где-то там, в Сирии.

Источник: Эль Мюрид

comments powered by HyperComments

Ещё по теме