30072021Популярное:

Радость Для Трупных Червей

Несколько дней назад ушел из жизни Олег Губарь, и я, выпив рюмку в его память, не стал писать об этом, потому что мало кто в блоге смог бы понять огромность потери. Я хорошо знал его, и хотя близко мы не дружили, естественно, уважал, — как уважала и вся Одесса. А и было за что: Олег был крупнейшим, наверное, после Александра Дерибаса, краеведом Мамы, знал ее, как никто, и жизнь положил на то, чтобы разыскать утерянное и восстановить разрушенное. И вот он ушел, и Одесса, — где бы она ныне ни обреталась, — плакала, но под плач на свежую могилу выползло:

Знаете, все, что я мог сказать об организме, написавшем эпитафию, сказано в далеком 2013-м, когда нелюдь еще казалась слегка людью, заслуживающей, чтобы о ней говорили: "Не знаю, жаль мне его или нет. Скорее нет, чем да. Но я пытаюсь представить бездну, в которой копошится душа этого человека, — и мне не по себе", а сегодня и говорить не о чем. Но комменты под блевотой прочитать нужно. Для полной ясности. Это ведь не я злословлю, это они себя сами показывают. Честно и ясно. Хотя кое-что из их подвида, тоже осевшее когда-то в Одессе, и сельски откровенное, показывает себя еще честнее:

Да. Официально об этом не говорят, — Хозяин нынче другой, и не одобрэ, — но да: нужно быть честными перед самими собой и перед миром. ОУН и УПА были союзниками "Великой Германии". Дивизия СС "Галичина" была их армией, а Рейх был союзником их "Украины" во Второй Мировой войне. И да: сейчас, когда они победили, Одессе в их трупном мире места нет.  Они её сами сожгли, но даже на руинах чужой славы им, жалким, существовать некомфортно, и уход последних одесситов, рядом с которыми они всего лишь говно с комплексами, — им в счастье.  Что ж, Кацюбиевка так Кацюбиевка. Большего не достойны.

И я не понимаю, я просто не могу понять: как вообще выживает на зловонной помойке, кишащей крысьем и опарышами, дорогой мой Валерка Смирнов aka profe12, часть души моей, великий одесский писатель и, наверное, последний одессит, взявший на себя тяжкий труд хранить останки Мамы. Нет, не так. Я не понимаю, я просто не могу понять, что он еще делает там сейчас, когда даже останки рассыпались в прах, а на прахе, вереща и утробно гыкая, пляшут обитатели Кацюбиевки. Нечего уже там делать и нечего хранить там, где человеку, когда придет час, впадлу даже помирать…

Источник: Дорога без конца

comments powered by HyperComments

Ещё по теме