20062019Популярное:

Оживший великан

Даже не знал, что они еще на полном ходу сохранились, но как сообщают, в Кубинке уже восстановлен до ходового состояния советский пятибашенный танк Т-35А. Даже не думал, что когда-нибудь увижу такие машины двигающиеся своим ходом как в махровые 30-е.

Центральный музей бронетанкового вооружения и техники Министерства обороны России в подмосковной Кубинке восстановил до ходового состояния единственный сохранившийся экземпляр советского тяжелого пятибашенного танка Т-35А, передает Lenta.ru. Согласно сообщению музея, 2 февраля 2014 года танк своим ходом покинул павильон Тяжелой бронетанковой техники и отправился на реставрацию. После реставрации Т-35А будет выставлен на обозрение «в первозданном виде».

Единственный сохранившийся образец танка имеет заводской номер 0197-7. Окончательная реставрация машины будет производиться в цеху 38-го Научно-исследовательского испытательного института бронетанковой техники Министерства обороны России.
Единственный сохранившийся экземпляр танка был собран в 1935 году на Харьковском паровозостроительном заводе имени Коминтерна. До Великой Отечественной войны машина использовалась для подготовки танкистов в нескольких военных училищах. В 1940-х годах Т-35А был переведен на испытательный полигон, а в 1951 году ─ передан в Центральный музей бронетанкового вооружения и техники.
Реставрируемый танк отличается от базовой серии Т-35, выпускавшейся в 1932-1939 годах, удлиненной на одну тележку ходовой частью, измененной конструкцией пулеметных башен и увеличенными средними башнями с пушками калибра 45 миллиметров. Первые машины были собраны на харьковском заводе в 1933 году. Всего же с 1933-го по 1939 год на этом предприятии был выпущен 61 Т-35А, причем последние десять из них получили измененные конические башни.

http://ria56.ru/posts/4362363263462346.htm — цинк


Т-35 на параде. 7 ноября 1933 года. Красная Площадь.

PS. Эти машины были хорошо известны по парадам на Красной Площади, где они демонстрировали визуально мощь бронетанковых войск РККА, а так же по различным плакатам где их как правило изображали с той же целью.

С точки зрения боевой эффективности, машина уже в начале ВОВ была прямо скажем так себе. Низкая надежность часто выводила из строя эти машины еще до того как они вступали в бой, да и боях в районе Луцк-Дубно-Броды, этот неповоротливый великан плохо чувствовал себя в маневренной войне, хотя встречались и положительные отзывы связанные с неплохой броней и повышенной огневой мощью.

«Вой­ну я встре­тил баш­не­ром пе­ред­ней ар­тил­ле­рий­ской баш­ни тан­ка Т-35. Это­му тан­ку не ве­зет в на­ших книж­ках. Все его ру­га­ют, на чем свет сто­ит. Да, ко­неч­но, есть за что ру­гать его, но не так же.

Во-пер­вых, по­че­му-то го­во­рят о глу­по­сти мно­го­ба­шен­ной ком­по­нов­ки, о том, что ко­ман­ди­ру тя­же­ло, дес­кать, управ­лять всем мно­го­чис­лен­ным воо­ру­же­ни­ем тан­ка в бою. Ко­неч­но, тя­же­ло. А раз­ве лег­ко управ­лять ка­ж­дым тан­ком ро­ты ко­ман­ди­ру ро­ты? А без ра­дио­стан­ций это во­об­ще не­воз­мож­но. А что­бы вдо­ба­вок ка­ж­дой баш­ней ка­ж­до­го тан­ка-то. Глу­по? А что же это­го от ко­ман­ди­ра Т-35 тре­бо­вать? А ведь Т-35 и есть тан­ко­вая ро­та толь­ко на двух гу­се­ни­цах. Не­при­выч­но те­бе это слы­шать? А нас пе­ред вой­ной в учи­ли­ще имен­но так и учи­ли, что сред­ний танк — взвод лег­ких, а тя­же­лый — да­же ро­та, но с од­ним мо­то­ром и на од­ной па­ре гу­се­ниц. По­то­му и по зва­ни­ям ко­ман­дир у лег­ко­го «пом­ком­вз­вод», сред­не­го — «ком­вз­вод», а у тя­же­ло­го — «ком­ро­ты». Вот ко­ман­дир (а у нас он во­об­ще в зва­нии ка­пи­та­на был — со «шпа­лой» в пет­ли­це) и да­вал нам, ко­ман­ди­рам ба­шен за­да­ния вро­де тех, что ком­вз­вод да­ет ко­ман­ди­рам тан­ков. А уж по ко­му и как стре­лять в пер­вую го­ло­ву ре­ша­ли мы са­ми, баш­не­ры. Или ко­ман­дир по ТПУ ко­гда мог под­ска­зы­вал. А я, кста­ти, лей­те­нан­том то­гда был, хо­тя толь­ко баш­ней ру­ко­во­дил. Ко­ман­до­вал, как буд­то бы тан­ком БТ или Т-26 и сам час­тень­ко ре­шал по ко­му и ко­гда в мо­ем сек­то­ре стрель­бы огонь от­кры­вать.
На­при­мер, у ме­ня бы­ло за­да­ние но­мер один. Ес­ли впе­ре­ди по хо­ду или в сек­то­ре об­стре­ла мо­ей баш­ни вдруг по­яв­лял­ся вра­же­ский танк — я дол­жен был под­бить его в пер­вую го­ло­ву. То же, ес­ли я ви­дел про­ти­во­тан­ко­вую пуш­ку — огонь по ней. А на­счет пе­хо­ты или ДЗОТ ка­ко­го-то я уже дол­жен был спер­ва до­ло­жить ко­ман­ди­ру и по­лу­чить ука­за­ния от не­го. Ес­ли же ко­ман­дир был не­дос­ту­пен (ТПУ сло­ман) — я дол­жен был осу­ще­ст­вить на­вод­ку на вра­же­скую пе­хо­ту пу­ле­мет­чи­ка-ме­ха­ни­ка в баш­не но­мер 3, или сам стре­лять из пу­ле­ме­та, а в ам­бра­зу­ру ДЗОТ из сво­ей пуш­ки огонь от­кры­вать, но толь­ко ос­ко­лоч­ным. Толь­ко в край­нем слу­чае я мог дей­ст­во­вать по пе­хо­те сво­ей «со­ро­ка­пят­кой». Не при­вет­ст­во­ва­лось это.

Вто­рое их­нее за­блу­ж­де­ние — это пи­шут, что сла­бая бро­ня у Т-35 бы­ла. То­же ерун­да на по­ст­ном мас­ле. На­сколь­ко пом­ню, ни один из на­ших «ря­бы­шев­ских», что на Т-35 до боя дое­хал, не го­во­рил о про­би­той ло­бо­вой бро­не. Во­об­ще о про­би­той бро­не толь­ко Са­шок Морд­вин рас­ска­зы­вал. И ту про­би­ли у не­го где-то под баш­ней ка­кой-то бол­ван­кой, а не «три­дца­ти­се­ми».

Ну да лад­н. Гос­подь с ни­ми, зна­то­ка­ми, что тан­ки не зна­ют. По­слу­шай, что пом­ню, как у нас пер­вые дни вой­ны скла­ды­ва­лись.

Но­чью 22 ию­ня тан­ки на­шей 34-й ди­ви­зии вы­ве­ли по тре­во­ге из Са­до­вой Виш­ни. Это точ­но. Но вы­шли не все, не­сколь­ко ма­шин ос­та­лось в ре­мон­те. У них, пом­нит­ся, мы за­бра­ли па­тро­ны, во­зи­мый ЗИП и по­шли на Пе­ре­мышль. Не до­хо­дя при­мер­ное пол­пу­ти, по­вер­ну­ли нас на Вос­ток, а 23-го опять ки­ну­ли на За­пад, а там — Львов. Пер­вые два дня шли мед­лен­но. Ме­та­лись из сто­ро­ны в сто­ро­ну и все ко­го-то жда­ли — то от­став­ших и за­блу­див­ших­ся, то сло­мав­ших­ся и став­ших на ре­монт. Но чис­ла 25-го вы­шел при­каз: «от­став­ших не ждать», так как мы ни­где не ус­пе­ва­ли со­сре­до­то­чить­ся во вре­мя. Ну и сра­зу по­шли бы­ст­рее, и те­рять на­ча­ли тан­ки свои. Все шу­ти­ли, что вое­вать не чем бу­дет. До нем­ца дое­дем, а тан­ки все в ре­мон­те. Так и вы­шло.

В пер­вый день бро­си­ли, как го­во­ри­ли штук два­дцать тан­ков на до­ро­гах. Ре­монт­ни­ки долж­ны бы­ли их чи­нить, но это бы­ло бла­гое по­же­ла­ние. У них ни­че­го тол­ком не бы­ло, да­же тя­га­чей. А мно­го ли на­чи­нишь на «по­лу­тор­ке» с ящи­ком га­еч­ных клю­чей и пай­кой ме­дью? Со­мне­ва­юсь. На дру­гой день ни один ис­прав­лен­ный танк нас так и не дог­нал, а ки­ну­ли мы еще с де­ся­ток. Ну, а к кон­цу третье­го дня «пя­ти­ба­шен­ных ос­та­лось все­го ни­че­го.

Наш по­след­ний бой был глу­пым. Спер­ва стре­ля­ли из глав­ных ба­шен че­рез реч­ку по ка­ко­му-то ху­то­ру за Сит­но, а по­том с ос­тат­ка­ми пе­хо­ты ата­ко­ва­ли его. Уча­ст­во­ва­ли в той ата­ке с пол­сот­ни Вань пе­хоц­ких, три «три­дцать пя­тых» и че­ты­ре не то БТ, не то «два­дцать шес­тых», уже не пом­ню. Пе­хо­та, ко­неч­но, от­ста­ла сра­зу, как не­мец­кие пу­ли за­пе­ли. Про свою ар­тил­ле­рию я со­всем мол­чу. Та без сна­ря­дов и трак­то­ров у нас за­стря­ла еще третье­го дня как. Прав­да, тан­ков не­мец­ких мы во­об­ще там не ви­да­ли, толь­ко слу­хи о них хо­ди­ли — про «рейн­ме­тал­лы» там, про «круп­пы» раз­ные, один дру­го­го страш­нее. Но в бою я не­мец­ких тан­ков по­ка не ви­дел, да и пе­хо­ты их­ней вро­де не мно­го там бы­ло.

По­шли мы в ата­ку на ху­тор, а по нас сле­ва не­мец­кая пуш­ка огонь от­кры­ла. Я баш­ню ту­да до­вер­нул — гля­дел, гля­дел, ни­че­го не ви­жу!

По баш­не — бумм! А из баш­ни не вы­су­нешь­ся. Пу­ли, как го­рох об­сы­па­ют, да и нель­зя в бою-то. У те­бя глав­ной баш­ней шку­ру с баш­ки со­рвет к шу­ту, а мо­жет и баш­ку ото­рвет. Вот и гля­жу се­бе в пе­ри­скоп — ни­че­го не ви­жу, толь­ко око­пы не­мец­кие. А по нас опять: «Бум! Бум!!» Не­мец­кие сна­ря­ди­ки дол­бят че­рез 5 се­кунд ка­ж­дый, и уже не толь­ко в ле­вый борт, но и в мою баш­ню при­ле­та­ют. Вот уви­дел вспыш­ку. Ну и на­вел ту­да, от­крыл огонь — сна­ря­дов де­сять от­пра­вил. Ка­жет­ся по­пал, а мо­жет и нет. По нас опять дол­бят. Не дош­ли мы до ху­тор­ка мет­ров с пол­сот­ни — гусеницу нам обор­ва­ло. Что де­лать? По­ки­дать танк? Вро­де ни к че­му. Стре­ля­ем во все сто­ро­ны из все­го, что есть! А опять ни­че­го не ви­жу. Стре­ляю в бе­лый свет, по­ка сна­ря­ды есть. На­ши уж уполз­ли даль­ше. А нам ста­ло еще ху­же — дол­бят со всех сто­рон. Мо­тор за­глох, пуш­ку за­кли­ни­ло, глав­ная баш­ня не вер­тит­ся. Тут по­ка­за­лись не­мец­кие сол­да­ты. Бе­гут к тан­ку с ка­ки­ми-то ящи­ка­ми, а я по ним стре­лять мо­гу толь­ко с «на­га­на».

По­нял, что дра­пать по­ра. Вы­полз из баш­ни, спрыг­нул с вы­со­ты на до­ро­гу. Хо­ро­шо, что пу­ле­мет их­ний за­мол­чал. Мой за­ря­жаю­щий за мной си­га­нул, но­гу под­вер­нул. Я его в яму при­до­рож­ную ста­щил за со­бой. За на­ми мо­то­рист увя­зал­ся. Ста­ли от­пол­зать, тут наш танк и ах­нул. Это нем­цы его то­лом рва­ну­ли. А мы ка­на­вой от­полз­ли к ре­ке.

По­том к нам при­блу­ди­лись еще трое — эки­паж Т-26. С ни­ми мы и ото­шли об­рат­но к Сит­но, но сво­их там на­шли толь­ко с де­ся­ток че­ло­век — ос­тат­ки раз­ных эки­па­жей. Из «три­дцать пя­тых» чет­ве­ро и все из раз­ных ма­шин. Од­но­го рва­ну­ли, как и нас, один по­дор­вал­ся на ми­не, один сго­рел сам. С ни­ми из ок­ру­же­ния мы и вы­шли спус­тя пять дней. Вот так за­кон­чи­лось для ме­ня тан­ко­вое сра­же­ние под Дуб­но. А боль­ше я «три­дцать пя­тых» в бо­ях не ви­дел. Счи­таю, что мог­ли они нор­маль­но вое­вать в со­рок пер­вом. Тан­ки мог­ли. Тан­ки­сты — нет еще».

http://army.lv/ru/t-35/primenenie/631/537 — цинк

В целом, ныне это машина является таким себе памятником отечественному танкостроению 30х годов. Выглядит она конечно впечатляюще, на фоне более привычной компановки поздних советских и немецких танков.

-->


Источник: Colonel Cassad

comments powered by HyperComments

Recent Articles