21072019Популярное:

Особая группа

По конфликту в Чемодановке с цыганами. Здесь сразу несколько моментов, которые, видимо, нужно учитывать, давая ему квалификацию.

D9F94O9WsAASTLT

Цыгане — особая социальная группа. Она внесистемна, причем практически везде. В том числе и оседлые цыгане. По сути, это родо-племенное образование, сохранившееся и прошедшее через эпохи. Они не инкорпорируются в общество и существуют вне его. Поэтому цыгане стоят вне закона — не над, не под, а просто вне. Рецептов, что с этим делать, практически нет, а уж для современной российской власти ожидать каких-то решений — ну, это просто наивно. Поэтому проблему не трогают и делают вид, что ее нет.

Второй момент: цыгане в силу статуса не включены в легальную экономику, и это молчаливо признается властью. Поэтому основной вид их экономики — криминальный. В лучшем случае — на грани закона. Именно поэтому цыгане — это "серая зона". Как дудаевско-масхадовская Чечня, нынешние Абхазия-Южная Осетия, Донбасс. Которые криминал вполне успешно (хотя и с существенными ограничениями) использует. И криминал, и должностные лица при власти. Впрочем, власть и криминал в современной России — это практически тождественные понятия. Сегодня цыгане активно вовлечены в сбыт и транспортировку наркотиков, ряд других схем, которые используют их экстерриториальную специфику перемещений.

Как всегда бывает в родо-племенном укладе, цыгане признают права только своих соплеменников, все остальные в их понятийный аппарат не включены. Чужого можно обмануть, обокрасть, убить, продать ему наркоту — это вообще не вызывает никаких моральных терзаний. Единственный сдерживающий мотив — угроза ответа. Если он есть, цыгане ведут себя нейтрально, во всяком случае внешне.

Естественно, что цыганский молодняк в силу возраста периодически вылетает за любые грани и договоренности, но все столкновения с ними — это классический бытовой конфликт, который можно разрешить, если иметь жесткие договоренности с родовой верхушкой. Если их нет или верхушка имеет товарно-денежные отношения с местными властями или криминалом — подобные конфликты неизбежны.

Вывод простой: с цыганами можно уживаться, но соблюдая ряд очень четких и очень жестких правил, которые должны выполняться в первую очередь властями. При появлении цыган их немедленно нужно ставить в рамки и создавать систему коллективной ответственности. Причем увы, за рамками закона, так как закон такие вещи просто не в состоянии регулировать и не признает коллективную ответственность — только личную. И опять же, увы — но для родо-племенного уклада личная ответственность — пустой звук. Если цыганская община не поставлена в ситуацию, когда любой конфликт будет приводить к общей ответственности всей общины — инциденты не застявят себя ждать.

Конфликт в Чемодановке — точно не национальный и даже не этнический, он именно бытовой. Просто столкнулись два быта, несовместимые друг с другом. Но вина за него лежит на местных властях — от участкового до губернатора, которые обязаны учитывать цыганский фактор и иметь четко выстроенную концепцию отношений с этим уникальным социальным субъектом. Тот факт, что власть вообще никак не выполняла эту свою работу, и привел к конфликту, убийству и подключению населения, которое по сути, выполнило работу властей, но в экстремальном режиме.

Самое худшее, что может сделать власть — это назначить ответственными и виновными местных жителей. Что, похоже, и происходит. В данном конкретном случае выход только один — создание неприемлемых условий для всей цыганской общины на этом конкретном месте и принудительное их переселение на другую территорию в виде наказания за действия ее членов. Никаких предупреждений и клятвенных обещаний, это просто не работает в племенном укладе. После чего верхушка общины должна быть поставлена перед рядом условий, невыполнение которых будет означать для нее дальнейшие репрессии. Гуманизм здесь совершенно не при чем — если бы мы жили в стране цыган, условия проживания в ней ставили бы нам. Пока все-таки Россия еще не опустилась до родо-племенного уклада (хотя нас туда гонят просто бегом), поэтому правила должны задаваться с "этой" стороны.

Местная власть должна понести ответственность за то, что проигнорировала очевидную угрозу столкновения двух миров, а региональная власть должна исправить ошибки местной. Другого не получится. При этом, безусловно, цыганскую общину нужно заставить возместить весь ущерб потерпевшим — это входит в понятие коллективной ответственности. Законно сделать это невозможно, но в данном случае здесь всё находится за рамками правового пространства, это теперь задача местного губернатора.

Подобного рода проблемы решают многие страны, где сохранились очаги такой первобытной архаики — в Европе, в Азии, в Латинской Америке, на Ближнем Востоке. Везде решения разные, но везде они носят общий характер: нужно исходить из того уровня развития, на котором находятся эти островки дикости. А потому запретными являются только геноцид и несистемное насилие, все остальные меры по отношению к таким группам (даже если они не соответствуют сегодняшним нормам) вполне допустимы. Ну, и никто не освобождает власти от ответственности за цивилизовывание этих групп, подтягивание их уровня до того, чтобы они вошли в общее пространство со всем социумом.

Источник: Эль Мюрид

comments powered by HyperComments

Ещё по теме