20092021Популярное:

Новые возможности

Американцы всегда достаточно щепетильно относились к зрелищам и внешнему виду. И в этом смысле медийно они, безусловно, полностью провалились с картинкой своего выхода из Афганистана. На фоне обезумевшей толпы чиновников бывшего режима, рвущихся на последний уходящий самолет, и спешной эвакуации посольства США в аэропорт говорить о плановом выходе, оставленной после себя демократии и будущем процветании Афганистана не приходится. СССР, выходя из Афганистана, обставил все куда как более монументально: мост дружбы, лт горизонта до горизонта колонна с флагами, последний бронетраспортер с командующим, который солидно и веско заявил, что за ним не осталось ни одного советского солдата.

https---bucketeer-e05bbc84-baa3-437e-9518-adb32be77984.s3.amazonaws.com-public-images-fcf3bdf9-403b-4415-acde-db7fc8c0bf01_5400x3602
2021-08-16 09.02.10

Буш прилетал в Ирак и на борту аваиносца — символа мощи — заявил о победе. У Байдена такой возможности не сложилось. На что, собственно, глумливо вчера ему и указал Трамп.

В реальности, конечно, для американцев всё обстоит совершенно иначе. Теперь вот это всё расхлебывать совершенно другим. И делать это придется долго и дорого.

Есть миф, что Талибан — он против наркотиков. В целом да. Но нужно понимать, что эти люди в прагматизме дадут фору любому. И пока новый Афганистан будет нуждаться в источнике ресурсов, талибы будут пусть и негласно, но использовать этот ресурс. С учетом же того, что коррупционная составляющая в идейных режимах просто на порядки меньше, то и эффективность расходования денег за афганский героин будет совершенно другой. И без внешних инвестиций выбора у талибов не будет, а потому от своих партнеров: тандемов Китай-Пакистан и Турция-Катар они будут ждать именно инвестиций, торгуя с ними предоставлением территории Афганистана под глобальные или макрорегиональные проекты каждого тандема.

России здесь мало что светит. Инвестировать в Афганистан ей нечего, в лучшем случае она будет поставлять в качестве инвестиций (то есть, опять безвозмездно) вооружение и технику. Которые в любой момент Талибан может использовать против ее же интересов. А потому объемы этих инвестиций будут невелики и символичны. Ничего другого она предложить не может, а значит — какой из тандемов ни опередит другой в борьбе за Афганистан, регион Средней Азии ждет та же трансформация, что и Кавказ: из зоны исключительных российских интересов он неизбежно превратится в регион баланса интересов, в котором доля России будет существенно урезана до величин, которые сочтут приемлемыми новые игроки. Экспансия Талибана в Среднюю Азию — процесс маловероятный, а вот то, что Афганистан станет площадкой для экспансии Турции, Катара, Китая в регион бывшей советской Средней Азии — тут сомнений уже точно нет. И в этом смысле Турция точно своего не упустит.

Талибану достаточно лишь обозначать угрозу в северном направлении, и турки немедленно предложат всем пяти странам свою помощь в решении проблем безопасности. Не Россия, а именно Турция. Потому что не у России, а у Турции теперь особые отношения с Талибаном, и значит — логичнее на эту тему будет общаться с Эрдоганом, но никак не с Путиным.

Однако Талибан — вещь в себе. И предполагать, что он добровольно позволит кому-то хозяйничать у себя, не приходится. Скорее всего, талибы будут максимально жестко ограничивать интересы внешних игроков, требуя взамен у них максимально большего. Инвестиции, инфраструктура, рабочие места. Талибы прекрасно понимают степень своей нужности для обоих тандемов. Китай, имея проамериканский Афганистан, был вынужден учитывать риски для своих проектов с его территории. Сейчас Афганистан становится калиткой между Китаем и Ираном и снимает угрозы для транспортного коридора через Пакистан к порту Гвадар. Для Ирана это вообще подарок с небес — сплошная блокада снята. По сути, Афганистан для иранского режима становится самой настоящей "Дорогой жизни", и не зря Герат (столица афганских шиитов) был сдан без боя и крови. Это настолько серьезно меняет всю обстановку в регионе, что талибы выжмут из своей благосклонности максимум возможного. А может, еще потребуют и прибавки сверху.

Всё (или очень многое) теперь зависит от внешнеполитического офиса нового Талибана. Как именно он сумеет выстроить отношения с тандемами, какие условия выдвинет и насколько жестко будет проводить общую линию. От хороших отношений с талибами зависит много. Китай получает падение рисков на своих инфраструктурных проектах, Турция — стартовую площадку для проникновения (очень глубокого проникновения) в Среднюю Азию. И в таких условиях торговаться и проявлять прижимистость не удастся — конкуренция между Китаем-Пакистаном и Турцией-Катаром не дадут им возможности экономить на помощи Афганистану.

Здесь и кроется возможность для игры Америки — противоречия между двумя группировками интересов в Афганистане позволяет им манипулировать и создавать кризисы. А это то, что англо-саксонская школа дипломатии умеет лучше всех. Уже поэтому медийная картинка поражения США в Афганистане мало соответствует реальным возможностям Америки. Да, они лишились инструмента прямой грубой силы, но зато получили инструмент непрямого влияния. Что по определению всегда более эффективно.

Однако пока всё это лишь возможности. Шансы и проекты. Как именно их будут реализовывать — никто не знает. В конце концов за этими шансами стоят люди. Со своими интересами, слабостями, сильными сторонами, ошибками и просчетами. Но то, что ситуация кардинально изменилась, факт. У России здесь коридор решений и возможностей крайне узок. Но для коллапсирующей и схлопывающейся страны это нормально. Кремль уже со своей территорией с трудом справляется, где ему заниматься макрорегиональной политикой.

Источник: Эль Мюрид

comments powered by HyperComments

Ещё по теме