17102017Популярное:

Макондо Не Хочет Перемен

Здесь, — и поддерживая это единственно правильное мнение, хотел бы пояснить то, что намечено пунктиром, как естественное и безусловно, но, возможно, не всем понятно…

На самом деле, известную максиму г-на Володина, конечно, не следует понимать буквально. Это образное выражение, гипербола, и всем понятно, что существование России не детерминировано существованием одной отдельно взятой личности. Из века в век люди, сколь бы велики они ни были, приходили и уходили, и современники в отчаянии возглашали: "Что се есть? До чего мы дожили, о россиане?", — но высыхали слезы, и оказывалось, что Россия жива, и расширяется, и закат одного солнца означает восход другого, — так что, если без красивостей, речь идет совсем о другом.

Насколько я могу понять, Рамзан Ахматович, как юрист, подразумевает, что сложившуюся в Российской Федерации модель управления точнее всего охарактеризовать, как патерналистскую в каудильистском оформлении. То есть, как систему власти "сильной руки" (если угодно, харизматического лидера), стабилизирующего баланс интересов в верхах, при этом обеспечивая низам удовлетворение их базовых потребностей, в обмен на это диктуя им модели поведения, — как (обязательно) публичного, так (потенциально) и частного. То есть, данная модель предполагает систему управления, построенную по образу и подобию патриархальной семьи, где отец, основываясь на своем непререкаемом авторитете, контролирует детей.

Безусловным достоинством такой модели является ее устойчивость, просто потому, что Отец, пока он жив и здрав рассудком, доминирует над младшими братьями, сыновьями (в том числе, и взрослыми), их детьми, а также домочадцами, приживалами и приймаками. Однако из этого плюса проистекает и минус. Как только Отец закрывает глаза, после первых недель неизбежного шока, — поскольку второго такого нет, — братья и сыновья начинают схватку за наследство, и система, казавшаяся прочнее некуда, дает трещины, выпуская на волю социальные силы, ранее жестко привинченные к раз и навсегда определенному месту, а теперь разрушающие эту самую систему, потерявшую краеугольный камень, без которого ей грош цена.

Иными словами, есть Оливер Кромвель — есть Протекторат, нет Оливера Кромвеля — нет Протектората, есть д-р Салазар — есть Estado Novo, нет д-ра Салазара, нет Estado Novo, и никаким Ричардом Кромвелем в роли His Highness, и никаким д-ром Каэтану в кресле премьера зияющую пустоту не заполнишь: Монки и Гаррисоны, Ди Спинолы и Карвалью  неибежно вцепятся друг в дружку, а там… И ничуть не лучше, если Отец теряет хватку, уже не внушая почтения старшакам и не обеспечивая базовые потребности низов: в этом случае, его авторитет сходит на нет, семейный уклад дает трещину, хозяйство  беднеет, и в конце концов, дело равно или поздно кончается Седаном, после чего сенильного патриарха сдают в утиль, а ager publicus межуют на парцеллы.

Итак, Рамзан Ахматович прав. Устоявшуюся (раз, два) Систему, —  назовем ее "Российской Федерацией"  (в изящной подаче г-на Кадырова "сегодняшнюю Россию"), — может возглавлять только тот, кем она создана и под кого заточена, и в этом смысле "максима Володина" безупречна:  Ему, действительно, "альтернативы нет", Он и данная Система синонимичны, с Его уходом, Её не станет. А следовательно, только он и должен  "вести российский народ", — пусть даже символически, как образ на экране ТВ, и совершенно неважно, куда: андрархия не подразумевает таких вопросов. Субъективно Он — абсолют, а значит, Он, и больше никто, — во всяком случае, пока "все остальные кандидаты" не обговорили щадящие формы раздела усадьбы.

Единственное, пожалуй, в чем г-н Кадыров не совсем точен, это в цифрах. Экстраполируя "то, что думает весь чеченский народ" (то есть, 100% населения руководимой им республики, для которого такая модель наибоее понятна и естественна) на всю Систему в целом, он делает вывод, что и "весь российский народ поддержит его на 100%", что противоречит данным опросов, согласно которым поддерживают Отца только 86% российского народа, — то есть, 14%,  в отличие от истинных патриотов, развращенные социальным прогрессом, могут все-такине поддержать. Но, полагаю, мнение этого ничтожного меньшинства, тем более, находящегося на содержании у Вашингтона, не имеет и не может иметь сколько-то серьезного значения…

Источник: Дорога без конца

comments powered by HyperComments

Ещё по теме