22112017Популярное:

Как корове седло

В.С. Бушин

КАК КОРОВЕ СЕДЛО

«Все прогрессы реакционны,
если рушится человек»
А.Вознесенский

Может быть, я и не стал бы об этом писать, если бы наши газеты, телевидение, бесчисленные политологи на своих несметных ток-шоу сказали об этом внятно, громко, на всю страну. Только «Советская Россия» на первой полосе в виде передовицы дала эту тему в виде большой цитаты.

Как человек, переживший и помнящий доклад Н.Хрущёва на ХХ съезде партии (вернее, после его закрытия) в феврале 1956 года и только что, 19 октября, прослушавший выступление президента В.Путина в Сочи на заседании дискуссионного клуба «Валдай», я думаю, что по силе воздействия на умы и сердца граждан СССР и России эти два события некоторым образом сопоставимы.

Мишенью первой речи был лично Сталин. Её можно уподобить ушату не оздоровительной холодной воды, а кипятка, вылитого сперва на головы делегатов съезда, а потом всего народа. Это была невиданная в истории акция по деморализации страны. И потребовалось время, чтобы осознать диверсионную лживость хрущёвского доклада. Лишь через несколько лет достоверный образ Сталина воссоздали в своих воспоминаниях люди, хорошо знавшие его, долгие годы вместе с ним работавшие, бывшие рядом и видевшие вождя в самые критические часы истории и жизни — маршалы Жуков, Василевский, Рокоссовский, министры Молотов, Байбаков, Зверев, Громыко, авиаконструктор Яковлев и другие известные стране люди. В 2007 году в переводе с английского дошла до нас книга Гровера Ферра «Антисталинская подлость». В предисловии автор пишет: «Из всех утверждений «закрытого доклада», напрямую «разоблачающих» Сталина, не оказалось ни одного правдивого. Точнее, среди тех из них, что поддаются проверке, лживыми оказались все до единого. Хрущёв не сказал про Сталина и Берию ничего, что оказалось бы правдой. Весь «закрытый доклад» соткан из подтасовок» (с.6). Как говорится, самое интересное в этом докладе то, что он лжив от первого слова до последнего.

В выступлении В.Путина мишень его критики — не один человек, а суммарный Запад, суммарные американцы: они-де коварно нас обманули. Слушая его, приходишь в ужас за судьбу родины, которая в 90-е годы легко и просто могла прекратить своё существование.

От высоких церковных иерархов, а то и от простых, но достаточно образованных, интеллигентных сограждан не раз приходилось слышать, что победа в Великой Отечественной войне дарована нам Божьим промыслом. Дескать, обнёс кто-то на самолёте вокруг Москвы икону Божьей матери — и расточились врази наши. А при штурме Кёнигсберга, читал я и это, выставили мы иконы на передовой — и смолкли, не смогли стрелять немецкие пушки и пулемёты, замерли на месте их танки и самоходки, не поднялись самолёты. В таком случае должны бы мы взять Кёнигсберг безо всяких потерь. Ну, как там дело было, я всё видел своими глазами, у меня на праздничном пиджаке медаль «За взятие Кёнигсберга» в память об этом событии с 9 апреля 1945 года. Да во всём никак не сходятся у святых отцов концы с концами. Длинное и нудное, как судебный иск, обращение Гитлера к народу 22 июня 1941 года кончалось словами: «Да поможет нам Бог в этой борьбе!». К тому же у всех солдат были ремни со словами на широкой пряжке «С нами Бог!». А во всём выступлении по радио Сталина 3 июля 41 года — ничего подобного, и кончалось оно словами «Вперёд за нашу победу!» Спрашивается, как же Господь мог даровать победу тем, кто и не упоминал его?.. Но, слушая Путина, я подумал: вот уж тогда, в 90-е годы без Божьего промысла не обошлось, защитить и спасти Россию в ту пору было больше некому. Судите сами…

Но прежде как старый советский человек я хочу кое-что заметить о суждениях президента по поводу советской истории. Он сказал, например: «Обращаясь к урокам русской революции 1917 года, мы видим, какими неоднозначными были её результаты, как тесно переплетены негативные и, надо сказать (хоть и не хочется — В.Б.), позитивные последствия тех событий». Тут во-первых, надо подчеркнуть, что в 1917 году было две революции, весьма разных как по истокам, так и по последствиям: в феврале — буржуазная, верхушечная, кратковременная — свергли царя, учредили республику, всё остальное осталось как прежде; в октябре — социалистическая, глубинная, сменили общественный строй, но она, пожалуй, была невозможна без первой. Во-вторых, не один русский народ столь баламутный, революции происходили не только в России, как можно понять оратора, во многих царствах-государствах свергали, иногда даже казнили королей, императоров, президентов, меняли социально-политический строй. Это я к тому, что уж очень часто приходится слышать, что разного рода потрясения случаются только в России, а остальной мир словно бы блаженно благоденствует.

А главное, да ведь это во всём бывает именно так — и неоднозначно любое событие, и тесно переплетены в нём и хорошее и не шибко. Вот у моей молодой соседки 15 октября родился мальчик, дали ему прекрасное имя Пантелеймон. Радость-то какая! До этого были три девочки. Но Пантелеймоша, внук фронтовика, вышел на 5 кг. Надо бы кесарево сечение, а она по религиозным соображениям рожала дома с бабкой-повитухой. Так ведь кровью изошла, измучилась, чуть не померла. А теперь опять — радость, но — и забота, хлопоты, беспокойство. Взять совсем другую область. Много лет у нас ходит в премьерах Д.А.Медведев, один раз по недосмотру даже президентом был. С одной стороны, для народа это беда; но с другой, его долгое пребывание на столь важном посту даёт ясное представление об уровне нашего руководства, даёт понимание, что от него ждать.

«Но зададимся вопросом, — продолжал президент, — разве нельзя было развиваться не через революцию, а по эволюционному пути — не ценой разрушения государственности, ценой слома миллионов человеческих судеб, а путём постепенного последовательного движения вперёд?» Тут только и можно задаться вопросом: а не гоголевский ли Манилов и его супруга Лизанька, родители Фемистоклюса и Алкида, пишут речи президенту? Ведь сказано так, словно кто-то предложил русскому народу: какой путь развития изволите предпочесть — революционный, трудный или эволюционный, с цветочками и пряниками? И он, тупоумный, выбрал первый. В свою очередь я тоже хочу задаться вопросом: разве нельзя было утихомирить кавказских сепаратистов не с помощью военной силы, а выразительным чтением им сказки про Красную шапочку? Судя по всему, нельзя. Да вот и сейчас: надо ли бомбить головорезов «Исламского государства» авиационными бомбами, ракетами «Калибр» и т.п. Может, лучше бы сформировать бригаду из ораторов и певцов в составе, допустим,

Радзинского, Сванидзе, Млечина, Пугачёвой, Ларисы Долиной, Владимира Соловьёва и других замечательных фигур, да во главе с Володиным послать бы их в Сирию с концертами. Как? Нет, оказывается, бывают положения, есть фигуры, о которых Маяковский точно сказал:

Его не объехать,
не обойти,
единственный выход —
взорвать!

И взорвали же, например, генерала Дудаева, главаря сепаратистов, когда удалось засечь его телефон.

А что касается «миллиона человеческих судеб», то это вопрос очень сложный, тут в пределах данной статьи можно только дать некоторую информацию к размышлению, например: после Октябрьской революции из России эмигрировали 2 миллиона человек, а в ходе ваших демократических реформ — 14 миллионов. Или: до Октябрьской революции 75% населения были неграмотны, после неё лет за десять неграмотность в стране была ликвидирована, десятки миллионов были приобщены к сокровищам русской и мировой культуры, а сейчас под вашим руководством мы наблюдаем глумление над культурой, доходящей до грязной порнографии.

«Вместе с тем, — слышали мы дальше,- общественная модель (социалистическое государство, да?), идеология (советская, да?), во многом утопичные(!), которые на начальном этапе революции 1917 года (Октябрьской, да?) пытались реализовать образовавшееся (само собой?) новое государство, дали мощный стимул для преобразований по всему миру, это тоже надо признать» (хотя и не хочется). Откровенно сказать, я тут не всё понял. Например, что такое — «пытаться реализовать образовавшееся государство»? Ведь если государство образовано, значит, оно реализовалось. Так о чём речь? Кто это писал — не Ирина Яровая? Но конец фразы понятен: социалистическая «модель» и советская идеология, дали мощный стимул для преобразований аж во всём мире. И это несмотря на свою утопичность! Что же это за преобразования? Оказывается, «вызвали переоценку моделей развития (без этих учёных «моделей» — ни шагу!), породили соперничество и конкуренцию». Помилуй Бог, «модели развития» переоценивались постоянно: рабовладельческую модель сменяла феодальная, её — капиталистическая и т.д., а соперничество и конкуренция тоже существуют в мире от века. Причём здесь «утопическая советская модель»? Она здесь ни в чём не виновата. И потом, да, буржуазная государственность была разрушена, но ведь была создана другая — социалистическая. И она оказалась гораздо крепче, во Вторую мировую войну не только выстояла против фашистского натиска, но и разбила фашизм, спасла буржуазные государства Европы, которые до этого моментально рухнули под тем же натиском.

«Ответом на вызов со стороны СССР стали многие западные достижения ХХ века». Какие же именно? Например, повышение уровня жизни, реформирование социальной сферы, уравнение в правах женщин, национальных меньшинств и т.д. Почему-то не упомянул ещё такое всемирно-историческое дело, как ликвидация колониализма, к которой советская «модель» уж точно причастна. И ведь всё это прекрасно! А коли произошло благодаря наше «утопической модели», то да здравствует такая утопия! Слава советской власти и социализму! — должен был воскликнуть оратор во славу родины, но они почему-то промолчал, знать, скромность заела.

«Западные партнёры (дальше оратор величает их друзьями) разделив геополитическое наследие СССР, уверовали в свою неоспоримую правоту, объявив себя победителями в «холодной войне», стали открыто вмешиваться в дела суверенных государств, экспортировать демократию…» Я не знаю, что такое «разделить геополитическое наследство СССР», но приходится сказать, что, во-первых, «друзья» имели все основания объявить себя победителями в «холодной войне», ибо они и оказались ими. Разрушить единую страну, отторгнуть от неё 14 республик, а некоторые из них, в том числе самую крупную натравить на нас да ещё сформировать в нашем тылу во главе с Чубайсом пятую колонну, которая одновременно разрушала всю нашу экономику, извращала культуру, истребляла своими реформами население — да это не просто победа, а разгром, историческая Цусима! Надо же иметь мужество смотреть правде истории в глаза и всё называть своими словами.

Во-вторых, ваши «друзья» не после победы лишь стали «открыто вмешиваться» в дела других государств, а всегда вмешивались открыто и нагло. Вскоре после Второй мировой войны влезли в дела стран на другой стороне земного шара — в Корею, потом во Вьетнам, но при советской и китайской помощи получили там отменный отлуп.

Наконец, они «экспортировали» вовсе не демократию, а навязывали силой оружия и реками крови только выгодные им свои порядки, не имеющие ничего общего с демократией. Уж это-то неужели требует объяснений!

И вот, говорит, экспортировали демократию «так же, как в своё время советское руководство пыталось экспортировать социалистическую революцию». В глазах оратора нет ничего глупей и позорней хоть в чём-то совпасть с политикой советского руководства или быть похожими на них. А ведь только что признавал многочисленные и благие плоды для всего мира нашей «утопии».

На заседании клуба выступил Хамид Карзай, который десять лет с 2004 по 2014 год был президентом Афганистана, видел своими глазами у себя на родине и нашу армию и американцев. Выступление большое, а закончил он так. Американцам посоветовал: «Признайте, что вы провалились. И вас все поймут — и мы, и Россия, и Китай, и Иран — все!» А нам он сказал: «Пожалуйста, присылайте свой бизнес и своих инвесторов в Афганистан. Мы же соседи! Ваши технологии, ваше образование нам очень нужны».

Почему Карзай так говорил? Да потому, что перед этим мы услышали от него: «Вчера в Афганистане погибло около 50 наших солдат, а сегодня больше 70, за короткий срок мы потеряли около 300 человек» — вот результат американского экспорта демократии. А советские войска, пришедшие в Афганистан по настоятельной и неоднократной просьбе его правительства, как ныне в Сирию, не только защищало законный строй в стране, но и «экспортировали коммунизм» в виде новых больниц, школ, домов для жилья, дорог… Почитайте воспоминания главного афганца — командующего 40 армией генерала Бориса Громова, там много интересных сведений на сей счёт. Для Карзая русские и теперь остались теми русскими, хотя у них в подбрюшье и завелись чубайсы, которых, конечно, надо сбрить.

Рассуждая о нашем «экспорте коммунизма», полезно вспомнить, что ведь Польша и другие освобождённые нами от немецкой оккупации страны именовались «странами народной демократии», и только. Но их руководителям не терпелось быть как можно ближе к стране-победительнице, стране-освободительнице, и порой они бежали впереди паровоза. Это так понятно в победной эйфории тех лет. Полезную пищу для размышлений на эту тему даёт беседа Сталина с премьером польского правительства в эмиграции Станиславом Миколайчиком, состоявшаяся в Москве 9 августа 1944 года.

Вот несколько строк из записи этой беседы.

Миколайчик говорит, что, как он понимает, маршал Сталин хотел бы, чтобы правительство Польше было демократическим.

Сталин ответил: это правильно.

Миколайчик говорит, что Польша не должна быть коммунистической, но все демократические силы в ней должны протянуть друг другу руку.

Сталин отвечает, что именно так и он понимает.

Миколайчик заявляет, что маршал Сталин имеет возможность завоевать сердца польского народа.

А в конце беседы Миколайчик рассказал, что в Лондоне ему довелось читать показания немецких пленных, и ему запомнилось показания одного офицера, который заявил, что Германия найдёт спасение в коммунистическом строе.

Сталин ответил: Германии коммунизм подходит так же, как корове седло. (ВИЖ №3 за 1993 г., с.22–24).

И тут мы подходим к самому важному в выступлении президента Путина.

(окончание следует)


Источник: Игорь Пыхалов

comments powered by HyperComments

Ещё по теме