22072017Популярное:

Двадцатка. Итоги

Итоги двадцатки, во всяком случае, по версии Путина, были полезными. Правда, как и ожидалось, ничего толком на ней не решено. Формат тусовки с приятным общением между собой совсем не предполагает чего-то конкретного.

Эмоциональные комментарии отечественной пропаганды можно отнести на нервозное ожидание — повторится или нет картина предыдущих саммитов, когда Путин был фактически изгоем, с которым общались, с трудом преодолевая видимое отвращение. Не повторилась — Путина допустили к руке. Что и вызвало неконтролируемый взрыв эмоций, близкий к диарее.

Договоренности с Трампом, даже зафиксированные на бумаге, пока стоят не дороже самой бумаги — Трамп не имеет свой команды, он несистемный человек, поэтому американский истэблишмент просто обязан держать его на очень коротком поводке и закрыть для него единоличное принятие стратегических решений. Трамп — классический шоумен от политики, за счет этого он, кстати, и сумел победить. Понятно, что в соревновании КВН и "Слова пастыря" рейтинг КВН будет по-любому выше. А раз амплуа Трампа — шоу, то он будет говорить приятные и духоподъемные слова кому угодно. С кем встречается — тому и будет говорить, причем безотносительно того, что он говорил предыдущему. Договоренности с такми человеком, да тем более устные — это, понятно, несерьезно.

Единственное, в чем Трамп разбирается и вполне эффективно продвигает — бизнес-проекты. Продать Украине уголь — это талант, даже в конкретной украинской ситуации. Осталось продать пиво немцам и нефть саудитам. А "Газпром" раскрутить купить пару миллиардов кубов газа. Проблема в том, что бизнес-проект Трампа по продвижению американских углеводородов абсолютно несовместим с интересами российской чиновно-криминальной братвы, за счет которой как раз и предполагается захватить долю европейского рынка. А это, между прочим, означает, что сирийская и украинская война для Кремля становится тупиковой — победа в такой войне достижима, если будет защищен и реализован "Турецкий поток" в консорциуме с Ираном и Катаром. Но "Турецкий поток" прямо противоречит бизнес-интересам Трампа, а потому вариантов нет — либо твердое рукопожатие и задушевные светские беседы, но тогда Газпром через пару лет начнет уход из Европы — и прощай, остатки надежд. Либо конфронтация еще и с Трампом (а бизнесмен он, по слухам, крайне жесткий) — и тогда Обама покажется милым и пушистым зайчиком с детского утренника.

Россия сейчас крайне уязвима сразу с двух направлений, и наиболе опасное из них — сирийское. США имеют возможность молниеносным и мощным воздушным ударом нанести поражение Асаду, живущему (в том числе и в буквальном, биологическом, смысле этого слова) еще с конца 13 года в долг Ирану, а теперь и Кремлю. Прикрыть Асада и не дать нанести ему испепеляющее поражение — получить короткую войну на удалении от своей территории с совершенно предсказуемым исходом. Не прикрывать и дать его разгромить — тогда придется уходить из Сирии, а значит — "Турецкий поток" оказывается незащитим с юга и умирает еще до своего рождения. Это знает и понимает Трамп, и тем более понимают в Кремле. У них на руках мусор, и они блефуют при том, что все прекрасно знают, что у них на руках мусор и они блефуют.

Это не переговорная позиция. Это позиция просителя. На переговоры идут с козырями и аргументами. С предложениями по компромиссу. Путину предложить Трампу нечего, поэтому можно бесконечно обсуждать крепость рукопожатия и длительность светской беседы, но к результатам это никакого отношения иметь не может. Их (результатов) при такой переговорной позиции не может быть по определению. И это не злопыхательство, хотя лично к Путину и его клоаке у меня нет ни малейших добрых чувств. Здесь суровая проза жизни.

Собственно, поэтому Путину и нечего сказать по конкретным вопросам. Он и не говорит, хотя и пытается делать таинственный вид, охотно расшифровываемый придворными лизоблюдами. Все при деле.

Источник: Эль Мюрид

comments powered by HyperComments

Ещё по теме