27072021Популярное:

Бес, Лести Предан

В  интервью г-на Суркова британской  Financial Times внимания, на мой взгляд, заслуживают два пассажа. Во-первых, тот, где он сравнивает великого человека с Октавианом Августом: "Октавиан создал государство другого типа (…) Он сохранил формальные институты республики —  сенат,  трибуны. Но все подчинялись одному человеку  (…) Таким образом, он соединил желания республиканцев, которые убили Цезаря, и желания простого народа, который хотел прямой диктатуры",

а во-вторых, поясняющий причины отставки: "Когда кто-то занимает определенный пост, а люди так долго говорят о нем, что он кукловод, что он душитель демократии, что он Победоносцев и Распутин — это и есть суть одиозности… Правительство должно время от времени убирать таких людей… чтобы они перестали раздражать людей", — и поскольку уже очень многие, обсуждая это интервью, высказались по всем возможным темам, я, пожалуй, ограничусь сухой исторической справкой…

Да, Октавиан Август был велик.  Подчинение Египта на века вперед сняло  вопросы с хлебом и папирусом, а покорение Астурии и Кантабрии (север Испании) —  с металлами. Поставили точку на иллирийском пиратстве: постыдная дань горцам канула в Лету, и горцы стали мирными налогоплательщиками. Решили проблему германцев: их, как минимум, на 180 лет вытеснили за Рейн, а оставшихся прочно

умиротворили. В полной мере вернули контроль над  царствами Востока, ранее качнувшимися под Парфию, "сверхдержаву № 2" тогдашней Ойкумены, — цари Армении, Иверии (буд. Грузия), Иудеи, Понта etc. короновались  только с разрешения Рима, да и Парфии разъяснили, что к чему:  царь Фраат вернул легионных орлов, потерянных еще Крассом, и выдал своих сыновей в качестве заложников.

Но не одной внешней политикой люди живы. Август учредил Стабфонд, гарантировавший  госвыплаты социально слабым слоям населения,  создал сеть  дорог, многие из которых в неплохом состоянии и поныне, очень много строил, и не только в столице: в самых отдаленных провинциях, от Атлантики до Аравии и от Британии до Эфиопии, росли "правильные" города с термами, библиотеками, школами,

лечебницами и водопроводом, — так что, знаменитое "Я принял Рим кирпичным, а оставляю его мраморным" относится не только к Urbi, но ко всей Империи, а в смысле культуры, — тоже ведь показатель! — именно в те дни вышла на пик великая римская скульптура и настал "золотой век" римской литературы (Вергилий, Гораций, Овидий), а имя  Мецената, близкого друга Октавиана,  стало нарицательным.

Ну и, да, переформатировал всю систему власти. Сенат, на излете Республики превратившийся в сходку олигархических группировок, решавших только свои задачи и плевать хотевших на державный интерес, был почищен и превратился в эффективную управленческую машину, "кузницу кадров", работавшую под строгим контролем принцепса. За воровство, беззаконие, коррупцию, попилы, откаты и даже

аморальное поведение карали беспощадно, не казня, но выбрасывая вон, и тут уж пощады не было никому, даже самым заслуженным и доверенным силовикам, — их выгоняли без пенсиона, конфисковав все, нажитое ранее даже честным путем. Да что так! — позволив себе зарваться, в изгнание уехали даже Юлия, единственная дочь императора, вместе с любимой его внучкой дочкой Юлией Младшей.

Итак, как видим, г-н Сурков изрядно польстил первому принцепсу. Безусловно, Октавиан сделал немало полезного, и аплодисменты в ответ на его предсмертный вопрос: "Хорошо ли я сыграл комедию жизни?" были вполне заслужены, — но что он в сравнении с великим человеком, ответом на аналогичный вопрос которого будут не просто аплодисменты, но аплодисменты бурные, переходящие в овацию?

Впрочем, себе г-н Сурков польстил еще больше. Безусловно, и Победоносцева, и Распутина в "обществе" полагалось недолюбливать, — и недолюбливали! — но уж "кукловодами" (интриганами) они точно не были. Оба они, — и Константин Петрович, и Григорий Ефимович, каждый, понятно, в рамках своего разумения, не за себя, но за державу радели, — и что важно, к  палатам каменным не стремясь: первый жил на одну зарплату,

а второй и вовсе копить не умел. И что еще важнее, ни того, ни другого  в кювет не сбрасывали: обер-прокурор Синода ушел в отставку сам, по возрасту и несогласию с Манифестом, а сибирского мужика, чтобы не советовал правильно, людям со светлыми лицами пришлось просто, оклеветав, убить. Г-на же Суркова, как сам он признается, выбросили, чтобы мелкой жертвой прикрыть собственные грешки…

Источник: Дорога без конца

comments powered by HyperComments

Ещё по теме